(Это обращение было отправлено в три инстанции. Послано как образец для находящихся там братьев.)

(Это обращение было отправлено в три инстанции. Послано как образец для находящихся там братьев.)

Я хочу, чтобы вы выслушали жалобу угнетённого человека, который терпеливо молчал двадцать лет! Наряду с тем, что мне запрещены все свободы республиканского правления, дающего самую широкую форму свободы, мои враги давят меня, будучи во всех отношениях свободными. Пусть Республиканское Правительство, гарантирующее свободу совести и свободу научной мысли, или полностью защитит меня, заставив замолчать моих злонамеренных и мнительных врагов, или же, дав мне, как и моим врагам, свободу пера, не запрещает мне защищаться. Потому что почтам официально дано скрытое указание, тайно препятствовать моей переписке. И когда даны рекомендации запрещающие мою встречу с кем-либо, кроме одного ребёнка, приносящего мне хлеб и воду, я услышал, что мои старые противники, улучив момент, когда мы ожидали подтверждения Кассационным судом нашего полного оправдания и получения книг, одобренных судебными экспертами, отправили никак не связанные с делом две моих конфиденциальных брошюры, а затем, добившись, чтобы они попали в руки принципиально враждебных ко мне экспертов, готовят против меня плохой рапорт. Мои терпение и выдержка уже иссякли. Я всем официальным лицам республиканской власти, и даже всему миру заявляю:

Моей и “Рисале-и Нур” программой и учением, плоды которых мы видели на деле, нашей целью и стремлением, ради которых мы трудимся и действуем с секретом истины и тайной чудесного красноречия Мудрого Корана, являются: спасение несчастных людей посредством убеждённой, осознанной веры от вечной казни смерти и защита этого благословенного народа от всякого рода анархии.

Так вот, помимо того, что “Рисале-и Нур” прошёл через три экспертных комиссии и через три суда, двадцать лет моей жизни и сто тридцать частей “Рисале-и Нур” являются неопровержимым доказательством того, что кроме этих двух священных обязанностей нет ничего, намеренно обращённого к этому миру, к правительству и нарушению общественного порядка.

Да, как я доказал в суде и по подтверждению всех связанных со мной моих друзей, этот угнетённый Саид за двадцать лет ни к кому не обратился и уже десять лет, как не знает официальных представителей власти, за исключением нескольких из них, и уже четыре года ничего не ведает о мировой войне и не интересуется ей, так разве есть хоть какая-то вероятность, чтобы он вёл борьбу с политиками, вмешивался в управление, и у него была склонность к нарушению общественного порядка?.. Если бы у него была хоть частица этого, то он бы расспрашивал и интересовался: “Кто стоит против меня, что происходит в мире, и кто мне поможет?” – вмешивался бы и хитрым образом старался приблизиться к великим мира сего.

Самым мучительным мелким происшествием является следующее:

Дабы оказаться ближе к весьма нарядно украшенным, являющимся капиталом и смыслом моей жизни книгам “Рисале-и Нур”, находящимся в Денизлинском суде, и дабы я мог что-то сделать для их возвращения ко мне, некоторым своим друзьям я отправил скрытое письмо следующего содержания: “Чтобы избавиться от этой полной изоляции, в которой мне запрещена всякая переписка, найдите какую-нибудь причину, чтобы меня посадили в тюрьму, и я бы спасся от этого мучения”. К сожалению, среди тамошних экспертов выступающих против меня, только один человек, который выступал в мою защиту, увидев моё письмо, тоже был вынужден вынести решение против меня, чтобы я попал в тюрьму.

Одним из поводов для моих врагов упечь меня в тюрьму – в отношении которого я в том суде был оправдан – это “организация тариката”. Между тем, в “Рисале-и Нур” я постоянно объявляю: “Сейчас не время тариката, а время спасать веру. Без тариката отправившихся в Рай много, но без веры в Рай не отправился никто”. – И мы всеми силами усердствовали ради веры. Я – ходжа, а не шейх. В этом мире у меня ведь нет дома… Где же будет моё текке?.. За эти двадцать лет не было ни одного человека, который бы сказал: “Он дал мне урок тариката”, – и этого не нашли ни суды, ни полиция. Есть только одна брошюра “Рисале-и Тельвихат”, научно излагающая истины тариката, которую я написал уже давно, и которая является высоким научным уроком, а не уроком тариката. Республиканская власть, держащая за основу закон свободы совести, конечно, несёт важную обязанность, чтобы ради истины, связывавшей души миллиардов предков этого народа, на пути которой они бросили вызов всему миру, защищать учеников произведения и само это произведение, которое победоносно доказало истинность убеждённой веры пред лицом философии. Иначе, законы республиканского строя никоим образом не позволяют связать руки тому слабому служителю и натравить на него тысячи врагов… Думая, что республиканская власть меня выслушает, я написал эту жалобу. Да, я говорю:

 حَسْبُنَا اللّٰهُ وَ نِعْمَ الْوَكٖيلُ 

Достаточно нам Аллаха – Он Прекрасный Доверенный” (Коран 3:173).

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

اَلسَّلَامُ عَلَيْكُمْ وَ رَحْمَةُ اللّٰهِ وَ بَرَكَاتُهُ

Во имя Него, Пречистого. Мир вам, милость и благословение Аллаха”.

Мои дорогие, преданные братья!

  (Вынужденный ответ на один вопрос, задаваемый с нескольких духовных и материальных сторон.)

Вопрос: “Почему ты не заводишь никаких связей ни с зарубежными, ни с местными течениями и особенно с политическими сообществами? И, насколько это возможно, запрещаешь “Рисале-и Нур” и его ученикам контактировать с теми течениями?.. Между тем, если войдёшь с ними в контакт и свяжешься, то сразу тысячи людей войдут в круг “Рисале-и Нур” и станут распространять его блестящие истины. И ты бы тогда не подвергся настолько беспричинным притеснениям.”

Ответ. Самой важной причиной безучастности и избегания является то, что нам запрещено это такой основой нашего пути, как “Искренность”. Потому что, в это время беспечности, особенно обладатели стороннического мышления, делая всякую вещь инструментом для достижения своих целей, даже религию и потусторонние деяния применяют на пользу тех своих мирских принципов. Между тем, истины веры и святое светлое служение “Рисале-и Нур” не могут использоваться ни для чего во вселенной. У них не может быть другой цели, кроме достижения Божественного довольства. Между тем, в эти времена стороннических схваток нынешних течений, сохранить этот секрет искренности и не использовать религию ради этого мира стало очень сложно. Самый лучший способ избежать этого – вместо сил течений опираться на помощь и милость Всевышнего.

Ещё одна из многих причин нашего уклонения состоит в том, что одна из четырёх основ “Рисале-и Нур” велит нам: “Проявлять сострадание, не наносить вреда и не угнетать”. Потому что

وَ لَا تَزِرُ وَازِرَةٌ وِزْرَ اُخْرٰى Ни одна душа не понесет чужого бремени” (Коран 6:164; 17:15; 35:18; 39:7) то есть, “за ошибку одного человека не ответственен другой человек, или его родственник. Они не могут заслуживать наказания”. Но в наше время на этот закон Божественной воли, согласно смыслу

نَّهُ كَانَ ظَلُومًا جَهُولًا  Воистину, он является несправедливым и невежественным” (Коран 33:72) отвечают страшной несправедливостью. Руководствуясь сторонническими чувствами, за ошибку одного преступника враждебность проявляют не только к его родственникам, но и к его сторонникам. Если могут, то несправедливо угнетают. Если обладают властью, то за проступок одного человека бомбят целое село. Между тем, правом одного невинного нельзя пожертвовать даже ради наказания ста преступников. Сейчас же из-за нескольких преступников, вред наносят сотне невинных. Например, давить связанных с неким преступным человеком его пожилых родителей, детей и домочадцев, приводить их в уныние и проявлять к ним враждебность – противоречит основам сострадания. Из-за стороннических течений среди мусульман, такие невинные не могут спастись от несправедливого притеснения. Особенно состояния, ведущие к революции, распространяют и расширяют насилие со страшной силой. При “религиозном джихаде”, положение семей неверных (проживающих вне исламских территорий) одинаково, они могут быть трофеем; мусульмане могут взять их в своё владение. Однако, если некто является неверным на территории Ислама, то никто ни коим образом не может завладеть его семейством, не может вмешиваться в их права. Потому что те невинные связаны не со своим неверным отцом, а с Исламом и с исламской общиной. Что же касается детей вражеского неверного, то, хотя на них и нет греха, но в своих правах и жизни они привержены своему отцу и связаны с ним, поэтому во время джихада эти невинные могут быть взяты в плен.

Передаю всем братьям отдельный салям и поздравляю с Ночью Вознесения, выгода которой тысячекратна. Тем, кто подобно Рефет Бею, связан с покойным Хаджи Ибрагимом, выразите от меня соболезнования и скажите: “Тот покойный находится в кругу учеников “Рисале-и Нур” и постоянно удостаивается молитв, произнесённых за них. И мы особо молимся за него”.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

اَلسَّلَامُ عَلَيْكُمْ وَ رَحْمَةُ اللّٰهِ وَ بَرَكَاتُهُ

Во имя Него, Пречистого. Мир вам, милость и благословение Аллаха”.

Мои дорогие, преданные братья!

(Дополнение к вынужденному ответу на один вопрос.)

В этот летний период, во время беспечности и забот о пропитании, а также во время Трёх Благословенных Месяцев, очень ценных для поклонения, и когда на земле вооружённые схватки сменились схватками дипломатическими, если не будет весьма сильной выдержки и стойкости в исполнении святой обязанности “Нура”, то возникнут некие лень, апатия и застой, вредящие служению “Рисале-и Нур”.

Мои дорогие братья, твёрдо знайте, что обязанность, которой занимаются “Рисале-и Нур” и его ученики, является более великой, чем все великие дела на этой земле. Поэтому, глядя на интересные мирские дела, не остывайте к вашей обязанности, касающейся вечности. Много читайте Четвёртую Тему “Плодов веры”, дабы ваша духовная сила не сломилась.

Да, поскольку все великие дела мирских людей, происходя в тленной жизни и в кругу деспотичного закона борьбы, являются жестокими, безжалостными и приносящими святыни религии в жертву мирскому, то Божественное предопределение даёт им среди тех их преступлений некий духовный ад. То же, над чем трудятся “Рисале-и Нур” и его ученики, несомая ими обязанность, вместо внимания к тленной жизни, твёрдо, как дважды два четыре, доказывает, что смерть и палач агонии, весьма пугающие влюблённых в мирскую жизнь, являются некими завесами вечной жизни и средствами обретения верующими вечного счастья. Ранее эту истину мы уже показывали.

Вывод. Заблудшие борются с временной жизнью. Мы же, со светом Корана, сражаемся со смертью. Их самое большое дело – поскольку оно временно – не стоит даже самого мелкого из наших дел, поскольку они обращены к вечности. Раз они, по своей глупости, не снисходят до наших великих дел и не участвуют в них, то зачем мы, во вред нашей святой обязанности, с интересом следим за их мелкими делами?.. Этот аят:  

لَا يَضُرُّكُمْ مَنْ ضَلَّ اِذَا اهْتَدَيْتُمْ  Не повредит вам тот, кто сам сбился, если вы идете прямо” (Коран 5:105), а также такое важное исламское правило, как:

اَلرَّاضٖى بِالضَّرَرِ لَا يُنْظَرُ لَهُ гласят: “Чужое заблуждение не повредит вашему прямому пути, если вы не будете бессмысленно увлекаться их заблуждением…” и “Нельзя быть за того, кто согласен причинить себе вред, не надо его жалеть”. Поскольку этот аят и это правило запрещают нам переживать за тех, кто осознанно действует во вред себе, то мы все свои силы, интерес и время должны посвятить нашей святой обязанности. Считая всё, что находится за её пределами бесполезным, должны не тратить время понапрасну. Потому что в наших руках есть свет, дубины нет. Мы не можем нападать. Если нападут на нас, мы показываем свет. Наше положение – это некая светлая защита.

Одна из причин написания этого дополнения:

Я проверил одного ученика “Рисале-и Нур”. Думая “Интересно, какие у него мысли насчёт нынешней политики”, – я спросил его (из-за его болтливости) о нескольких пустых вещах, касательно проливов. Смотрю, он отвечает осведомлённо и заинтересованно. В душе я пожалел его. Это повредит исполнению им светлой обязанности. После я сурово предупредил его. У нас есть закон: 16 . Если ты переживаешь за людей, то предыдущее правило лишает их права на сострадание. Также, как Рай требует людей, так и Ад тоже требует их.

(Снова проявляются сообщения, частично данные в “Пятом Луче”.)

Саид Нурси

* * *

Мои дорогие, преданные братья!

………………………………………………………………………………………

Я твёрдо заявляю следующее:

— “Рисале-и Нур” принадлежит Корану. Имею ли я право на то, чтобы быть его владельцем, после чего на него распространились бы мои недостатки? Скорее, я – неполноценный служитель его Света и некий глашатай этого магазина алмазов. Моё запутанное состояние на нём не отражается и не может ему повредить. Вообще, урок, который даёт нам “Рисале-и Нур”, учит нас быть по-настоящему искренними, отказаться от высокомерия, постоянно видеть свои недостатки и не хвастаться. Мы показываем верующим не себя, а духовную личность “Рисале-и Нур”. Мы благодарны тем, кто видит наши недостатки и сообщает нам о них, при условии, что это правда. “Да будет доволен вами Аллах!” – говорим. Разве мы не будем довольны, если на шее у нас окажется скорпион, и кто-нибудь сбросит его до того как он ужалит. Так и свои недостатки – при условии, что о них говорят не из злобы и упрямства, и не с целью помочь распространению ереси и заблуждения – мы признательно принимаем.

Дорогие братья! В своей защитительной речи я, в ответ им, сказал: “Они мне не принадлежат. И я не имею право быть носителем этих караматов. Скорее, это некие проявления и сияния духовного чуда Корана, которые в его истинном тафсире “Рисале-и Нур”, обрели форму караматов, являющихся некими Божественными поощрениями, служащими для укрепления духовной силы его учеников. Говорить о поощрении, является благодарностью, это позволительно и приемлемо”.

Сейчас, исходя из одной важной причины, я немного поясню этот свой ответ; а также меня спросили: “Зачем я о них говорю… и для чего делаю такой упор на этом?..”

Ответ. Когда в это время в религиозном служении “Рисале-и Нур” против тысяч разрушителей нужны сотни тысяч восстановителей; и у меня есть нужда, по крайней мере, в сотнях секретарей и помощниках; и когда народ и власть должны контактировать со мной, помогать, одобрять и поощрять; и когда, поскольку это служение вере обращено к вечной жизни, верующие люди должны предпочесть его занятиям и выгодам мирской жизни, я, приводя в пример себя, говорю:

— Вместе с тем, что меня лишили всего, и контактов, и помощников, наши противники всеми силами стараются охладить их отношение ко мне и к “Рисале-и Нур”; и на такого, как я, старого, больного, слабого и одинокого скитальца свалилось столько обязанностей, сколько могут исполнить только тысячи человек; а также по причине болезни в этой изоляции и притеснениях, я вынужден избегать общения и контактов с людьми; и народ от меня отвращают настолько действенно, что даже некоторые друзья, казавшиеся наиболее привязанными ко мне, теперь не здороваются со мной, а некоторые из них с этим отвращением настолько потеряли духовную силу, что даже оставили намаз. И вот на этом основании и по этим причинам, не по своей воле, я был вынужден против всех этих препятствий рассказать о Божественных поощрениях, служащих укреплению духовной силы учеников “Рисале-и Нур”, и тем самым стянуть вокруг “Рисале-и Нур” некую духовную концентрацию и показать, что он сам по себе, в одиночку, не нуждаясь ни в ком другом, имеет силу целой армии. Исходя из этой мудрости, мне пришлось написать все эти вещи. Иначе, упаси Аллах! Заниматься хвастовством, показухой, самовосхвалением и чванством – значит разрушать такую важную основу “Рисале-и Нур”, как искренность. Иншааллах, “Рисале-и Нур” сам и защитит себя, и покажет свою ценность, а также, духовно защитив и нас, станет причиной прощения наших недостатков.

Дорогие братья! Сейчас с неким духовным напоминанием ко мне пришло твёрдое убеждение, что ещё за сорок лет до появления “Рисале-и Нур”, и во мне, и в нашем селе, и в нашем районе удивительным образом проявилось некое его широкое предчувствие. Я хотел продемонстрировать его таким своим старым ученикам, как Абдульмаджид и Шефик. Теперь же, поскольку Аллах дал мне среди вас многих Абдульмаджидов и Абдуррахманов, расскажу об этом вам.

У меня в возрасте десяти лет было какое-то состояние некой большой гордости, проявляющееся иногда даже в виде самовосхваления. Сам того не желая, я принимал вид некого большого героя, делающего какое-то великое дело. Я говорил сам себе: “Ты не стоишь и гроша. Отчего эта твоя горделивость, и особенно, чрезмерное выказывание храбрости?” Не понимая этого, я пребывал в удивлении. Пару месяцев назад мне был дан ответ на то удивление: “Это “Рисале-и Нур” давал знать о себе в неком предчувствии. Ты – словно косточка, подобная простому куску дерева, предчувствуя появление тех райских гроздей, будто принадлежащих тебе, хвастался ими”.

Что же касается нашего селения Нурс, то мои старые ученики и односельчане знают, что в нашем селе очень любили похвалиться своей исключительной храбростью. Принимали такой героический облик, словно они завоёвывают какую-то большую страну. Я очень удивлялся и им, и себе. Теперь, с этим правдивым напоминанием, мне стало понятно, что те невинные Нурсчане (жители села Нурс) обретут со светом “Рисале-и Нур” большую причину для гордости. С неким предчувствием того, что люди, никогда не слышавшие даже о том вилайете и уезде, с важностью узнают о селе Нурс, эти сельчане в виде похвальбы проявляли благодарность за такой Божественный дар.

………………………………………………………………………………………

Поскольку я считаю вас за своих прежних учеников и старых товарищей и, принимаю вас, как брата Абдульмаджида и племянника Абдуррахмана, то открыл вам этот личный секрет. Да, значит также как я своей чувствительностью и подверженностью нервов влиянию влажности, за двадцать четыре часа ощущаю приход дождя, также мы с моими земляками за сорок четыре года неким образом предчувствовали дождь милости “Рисале-и Нур”. Передаём салям всем братьям и сёстрам и молимся за них. Просим и вас молиться за нас.

Саид Нурси

* * *