Важное письмо Устаза Бадиуззамана

Важное письмо Устаза Бадиуззамана,

написанное в связи со Второй Мировой Войной

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Вместе с сильными холодами этой зимы, этот ужасный духовный холод и выпавшие на долю несчастного человечества эти массовые уничтожения, горе, нищета и голод, по причине сильного сострадания и жалости, затронули мои чувства.

В тот же миг мне вспомнилось следующее: в таких несчастьях, даже для неверующих, скрыта такая милость и награда, что, по сравнению с ними, это горе выглядит, как нечто незначительное. Такие небесные несчастья в отношении невинных и безгрешных становятся некой разновидностью мученической смерти (шахид).

Тогда, когда вот уже три-четыре месяца я ничего не знаю о положении в мире и о войне (Второй Мировой – прим. пер.), я с огорчением вспомнил о стариках, женщинах и детях Европы и России. То, вышеизложенное духовное напоминание же стало некой мазью для этого мучительного сострадания, а именно:

Несчастные, которые гибнут в результате этих небесных бедствий и по причине преступлений несправедливой части людей, если они не достигли пятнадцатилетнего возраста, то к какой бы религии они не принадлежали, они становятся шахидами (мученически умершими). Это великое духовное воздаяние, получаемое ими, словно мусульманами, опускает ту беду в ничто.

Те же, кто старше пятнадцати, если они были невинны и подверглись несправедливости, также получают большое вознаграждение, которое, возможно, спасёт их от Ада. Потому что, поскольку перед концом света (ахирзаман), словно в промежутке времени между пришествиями пророков (фатрат), на религию в целом и, в частности, на религию Мухаммада (Мир Ему и Благо) опустилась некая завеса безразличия, и поскольку перед концом света воцарится истинная религия Пророка Исы (Иисуса) (Мир Ему) и встанет плечом к плечу с Исламом, то, конечно, для этих подвергшихся несправедливости христиан, связанных с Досточтимым Исой (Иисусом) (Мир Ему) и оказавшихся словно во мраке фатрата, эти выпавшие на их долю несчастья и гибели могут называться неким видом мученической смерти (шахида). Особенно от насилия и гнёта этих ужасных, деспотичных тиранов страдают старики и несчастные люди – бессильные и неимущие. Конечно, вместе с тем, что эта беда для них является искуплением грехов, идущих от распутства современной цивилизации, от неверия и заблуждений философии, также она является стократно выгодной для них, – познал я посредством истины и бесконечно возблагодарил Всемилостивейшего и Всемилосердного Создателя, и нашёл утешение для тех мучительных мук сострадания.

Если же тем бедам подвергся несправедливый тиран или жестокий угнетатель, старающийся привести человечество в расстройство и уныние, или эгоист, который ради собственной выгоды разжигает пожар в мире людей, эти подлые люди-дьяволы, то они полностью заслуживают этого и это является явной Божественной справедливостью.

Для тех же, кто стремится на помощь тем угнетённым, подвергшимся этим несчастьям, борется ради спокойствия человечества, ради сохранения основ религии, небесных святынь и прав человека, конечно же, для них духовные и потусторонние плоды и результаты этой самоотверженности настолько велики, что делают те беды основой их почёта, заставляют полюбить их.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные, благословенные братья!

Три дня назад, точно в то время, когда ваш светлый подарок прибыл в Кастамону, во сне я увидел:

С некой духовной стороны нам идёт царское повеление о повышении нашего положения и степени. Держа в руках с полным почтением, его преподносят нам. Мы посмотрели: тем высоким повелением оказался Достославный Коран. В том состоянии на сердце пришёл такой смысл: Значит, духовная личность “Рисале-и Нур” и мы, его ученики, благодаря Корану получим из скрытого мира некое повеление о повышении и развитии.

Теперь же его толкование состоит в том, что с помощью перьев невинных писарей мы получили духовный тафсир Корана, представляющий собой то повеление. Толкование Фейзи и Эмина, сделанное ими за один-два часа до появления нынешнего, тоже является правильным и важным.

И моя душа полностью предчувствовала этот светлый подарок, служащий почвой для радости и счастья, но не сообщила об этом разуму, так что за два дня до его прихода, на следующий день после того сновидения, описанного Фейзи и Эмином, с утра до вечера и частью на следующий день я чувствовал ещё не виданную мной ранее радость и веселье, которое постоянно, по какому-нибудь поводу проявлялось, так что за то время я тридцать или сорок раз, улыбаясь смеялся.

И я и Фейзи были этим очень удивлены. Нас поразило, что человек, ни разу не смеявшийся тридцать дней, вдруг тридцать раз смеялся за один день. Теперь стало понятно, что это веселье и радость исходили от сделанного перьями невинных детей и не умеющих читать и писать людей, представляющего собой то, вышеупомянутое духовное повеление, небывалого подарка, извещающего о счастливой судьбе учеников “Рисале-и Нур”, и который будет распространять свет на страницы жизни будущих поколений, на свиток судьбы Исламского Мира и на тетради деяний верующих людей в будущем, и при том своими искренними и чистыми благодеяниями эти невинные дети запишут в наши тетради добрых дел много хорошего. Моя душа почувствовала тысячную долю этого великого света, выпадающего на мою долю, и привела меня в радостное волнение.

Да, то, что приемлемые благодеяния и неотвержимые мольбы сотен таких невинных созданий, попадая в тетради благодеяний других моих братьев, также входят и на страницу добрых дел такого грешного человека, как я, приносит мне несказанную радость и веселье. С тем, что в такое мрачное время, в таких тяжёлых условиях они так невинно и героически трудятся, мы поздравляем и этих невинных детей, и тех неграмотных людей, и их учителей, и их родителей, и их села, и их народ, и всю Анатолию.

Если бы я мог, то написал бы по отдельной благодарственной и поздравительной грамоте каждому из тех невинных и неграмотных писарей. Так что пусть примут это моё желание так, словно оно было осуществлено на деле. Их имена я записал в виде списка, буду смотреть на них, вознося ду’а, и, включив их в круг особо близких учеников “Рисале-и Нур”, сделаю их причастными ко всем своим духовным обретениям.

Передайте от меня мои приветствия их родителям и родственникам, а также учителям. Да сделает их Всевышний Аллах счастливыми и в этом мире, и в вечном мире. Амин, амин, амин!

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие братья!

В то время, когда истины веры сейчас прежде всего должны быть первостепенными, а всё остальное оставлено на вторую, третью и четвёртую степень, и служение им (истинам веры) посредством “Рисале-и Нур” должно быть самой первой обязанностью, источником интереса и основной целью… нынешнее состояние мира таково, что, взбудоражив мирскую жизнь, особенно её общественную и, особенно, политическую составляющую и, особенно, стороннические чувства мировой войны, являющейся одним из проявлений Божественного гнева и пришедшей в наказание за распутство и заблуждения цивилизации, этот роковой век сделал и делает такую инъекцию, размещая вредные, тленные прихоти в самой глубине сердца, даже доводя их до уровня алмазов истин веры, что даже некоторая часть поверхностных, а частью и слабых праведников, находящихся за кругом “Рисале-и Нур”, по причине тех связей общественной и политической жизни, оставляют положения истин веры на вторую и третью степень и, следуя положениям тех мирских течений, любят лицемеров, являющихся их единомышленниками, а людей истины и даже святых праведников, придерживающихся других взглядов, критикуют и считают врагами. И даже религиозные чувства подчиняют тем течениям.

Итак, против этой поразительной опасности нынешнего века служение и занятие “Рисале-и Нур” настолько опустили в моём взгляде политику и её течения, что уже четыре месяца я не интересовался и ничего не узнавал об этой мировой войне.

И приближенные ученики “Рисале-и Нур”, находясь в служении истинам веры, подобным вечным алмазам, не должны вредить своей святой обязанности, глядя на эти шахматные игры тиранов и пачкая ими свои мысли. Всевышний дал нам свет и светлое служение, а им – мрачные и деспотичные игры. Когда они, отказавшись от нас, не помогают нам и не приходят за находящимся в наших руках святым светом, будет ошибкой следить за их тёмными играми в ущерб нашему служению. Для нас и для нашего любопытства абсолютно достаточно духовных наслаждений и сияний веры, находящихся внутри нашего круга.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Разгневавшись на тех, кто в эти дни покусился на “Рисале-и Нур” и причинил вам неприятности, я решил было призвать на них проклятие. Но вдруг пожалел Испарту и, вместо проклятий, воззвал с такой просьбой: “О Аллах! Испарта – медресе “Рисале-и Нур”. Исправь же и её плохих чиновников, дай им хороший исход”.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные, самоотверженные братья!

Рисале-и Нур, вместо застоя в Испарте, проявил развитие в этих местах.

 اَلْحَمْدُ لِلّٰهِ هٰذَا مِنْ فَضْلِ رَبّٖى

Хвала Аллаху, это по милости Господа!”

Пришёл один важный человек, связанный с политикой и с нами, больше всех отвечающий за надзор над нами. Я сказал ему: “За последние восемнадцать лет я ни разу не обращался к вам и не читал ни одной газеты. За эти восемь месяцев я ни разу не спросил: “Что происходит в мире?”. За три года я ни разу не послушал радио, которое слышно отсюда, дабы не нанести духовный вред нашему святому служению. Причина этого такова: Служение вере и истины религии превыше всего в этой Вселенной. Они не могут быть использованы для чего-либо и не могут быть подчинены чему-либо! А в это время, из-за опасности, что беспечные, заблудшие и променявшие религию на этот мир люди, возомнив это служение вере инструментом в руках иностранных течений, служащим их целям, могут опустить во всеобщем взгляде его высокую цену, то служение Мудрого Корана категорически запретило нам политику.

Вы же, о политики и чиновники! Поддавшись подозрениям, не возитесь с нами. Наоборот, нужно, чтобы вы облегчали нам задачу. Потому что наше служение, прививая доверие, уважение и сострадание, старается спасти от анархии общественный порядок, дисциплину и общественную жизнь, тем самым устанавливая, укрепляя и упрочивая краеугольный камень вашей истинной обязанности”.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Десять минут назад два смелых, но невладеющих письмом человека привели друг друга в круг “Рисале-и Нур”. Я сказал им:

— Этот круг, взамен приносимых им великих результатов, требует непоколебимой преданности и нерушимой стойкости.

Основа показанных героями Испарты чудес и заслужившего всеобщего одобрения их служения Нуру лежит в их необыкновенной преданности и чрезвычайной стойкости. Первая причина этой стойкости – их сила веры и искренность. Вторая причина – их естественная смелость. Я сказал им: “Вы известны своей смелостью и удалью… И если уж вы готовы пожертвовать собой ради маловажных мирских вещей, то, конечно, ради стоящих всего мира потусторонних плодов святого служения “Рисале-и Нур”, вы, проявив геройскую и самоотверженную смелость, сохраните свою преданность, не смотря ни на что. Они же с этим полностью согласились.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

В человеческом мире и в Исламе самыми великими положениями являются вера (иман), Шариат (религиозный закон) и жизнь. Поскольку наивеличайшим из них является вера, то, для того, чтобы не сделать эти Коранические истины веры инструментом, служащим для других течений и сил и, чтобы в глазах людей, променявших религию на этот мир или использующих её для него, не опустить цену этих истин Корана, подобных алмазам, до уровня осколков стекла и, чтобы в совершенстве исполнить служение спасения веры, являющееся самой святой и великой обязанностью, близкие и преданные ученики “Рисале-и Нур” с большой строгостью и отвращением избегают политики. И даже этот ваш брат, как вы сами знаете, в течение последних восемнадцати лет, несмотря на сильную необходимость, но, чтобы не соприкасаться с политикой и общественной жизнью, ни разу не обратился к властям. И подобно этому, за последние восемь-девять месяцев ни разу не спросил и не поинтересовался о хаосе, творящемся на Земном шаре.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

О мои братья!

Вы знаете, что согласно нашему принципу, мы словно смертельного яда остерегаемся самомнения, эгоизма и обладания каким-либо положением под завесой славы и почёта. И ревностно уклоняемся от всех напоминающих их состояний. Конечно, здесь, за шесть-семь лет увиденного воочию и за двадцать лет изученного заочно, вы поняли, что я не хочу для себя каких-то почестей или положений. И я сурово порицал вас с этой точки зрения. Говоря: “Не придавайте мне того, чего я не заслуживаю”, – обижаюсь на вас. Лишь в отношении “Рисале-и Нур”, являющегося в это время духовным чудом Мудрого Корана, будучи одним из его учеников, я благодарно принимаю привязанность к нему, подтверждение его и признание. Итак, если человек в такой степени избегает эгоизма, самомнения и скрывающейся за завесой славы и почёта показухи, избрав это своим правилом, то даже глупец поймёт, насколько бессмысленны и никчёмны подозрения, в которые впали в отношении него представители власти, администрация и полиция.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Дорогие, преданные мои братья!

В эти дни я размышлял о таких основах, как богобоязненность (таква) и благодеяния (амел-и салих), которые на взгляд Мудрого Корана занимают самое важное место после веры (имана).

Богобоязненность (таква) – заключается в том, чтобы воздерживаться от грехов и от того, что запрещено религией…

А благодеяния (амел-и салих) – в том, чтобы действовать в кругу повелений (Аллаха) и зарабатывать благо (для вечной жизни).

Вместе с тем, что отвержение зла во все времена было более предпочтительно, чем извлечение выгоды; в это время разрушений, распутства и засасывающих страстей, это отвержение зла и отказ от великих грехов, которым является богобоязненность, став основой основ приобрело большое преимущество.

Оттого что духовные разрушения и негативные течения в эти времена стали ещё более страшными, то в противостоянии этим разрушениям богобоязненность стала самой великой основой. Тот, кто исполняет обязательные предписания религии (фарз) и не совершает великих грехов – спасается.

Находясь среди таких величайших грехов вероятность преуспеть в искреннем совершении благих дел очень мала. И в таких сложных условиях одно маленькое благодеяние становится подобным множеству благодеяний.

И в богобоязненности также есть некая разновидность благодеяния. Потому что отказ от одного харама (запретного) – является ваджибом (необходимым предписанием). Воздаяние за исполнение одного ваджиба равно воздаянию за исполнение многих суннатов. В такие времена под атаками тысяч грехов, благодаря одному лишь воздержанию, можно одним маленьким действием – отказываясь от сотен грехов – совершить сотни ваджибов. Эта важная точка, с намерением достичь богобоязненности, с желанием избежать совершения греха, становится важным благодеянием, относящимся к неустановленному поклонению.

Ученикам “Рисале-и Нур” следует, взяв за основу богобоязненность, противостоять духовным разрушениям и грехам, что в это время является их самой важной обязанностью. Поскольку при нынешнем образе общественной жизни каждую минуту человека встречают сотни грехов. Несомненно, что с богобоязненностью и намерением воздержания от грехов он выполняет сотни благодеяний. Известно, что дворец, который один человек может разрушить за один день, двадцать человек не смогут построить и за двадцать дней. И для восстановления разрушений, которые может причинить один человек, необходимо, чтобы трудилось двадцать человек; а потому сейчас удивительным является то, какой стойкостью и воздействием обладает один такой восстановитель, как “Рисале-и Нур” против тысяч разрушителей. И если бы эти две противостоящие силы находились на одном уровне, тогда его чудесный успех и победоносность в восстановительном процессе был бы очевиден.

Например: уважение и сострадание, представляющие собой важную опору в общественной жизни, сотрясены и расшатаны, и в результате чего в некоторых местах наиболее страдают несчастные старики, отцы и матери. Хвала Всевышнему Творцу, “Рисале-и Нур”, куда бы ни вошёл, даёт отпор этим ужасным разрушениям и восстанавливает те опоры.

Подобно устраиванию беспорядка в этом мире яджуджами и маджуджами с разрушением стены Зулькарнейна, также и с сотрясением стены Корана, которой является Шариат Мухаммада (Мир Ему и Благо), более ужасные, чем яджудж и маджудж – мрачная анархия и деспотичное неверие – начинают устраивать беспорядок и смуту в жизни и нравственности.

Среди подобных событий, в этой духовной борьбе небольшое действие учеников “Рисале-и Нур”, Иншааллах как во времена сахабов, станет основанием для огромных благих дел и для великого воздаяния.

Мои дорогие братья! Именно сейчас, перед этими ужасными событиями, после силы искренности, наша самая большая сила заключается в том, чтобы по правилу “сотрудничества в делах, касающихся вечной жизни”, каждый из нас своим пером записывал свои благие дела в тетради благодеяний других братьев, а также и своим словом, и языком отправлял силу и поддержку в крепости и укрытия богобоязненности других. И особенно в эти три благословенных месяца и в эти прославленные дни, спешить на помощь этому вашему нуждающемуся и бессильному брату, ставшему мишенью таких бурных нападений – является делом таких, как вы самоотверженных и милосердных героев. Я всей душой прошу у вас этой духовной поддержки. И при условии наличия веры и преданности я также, по правилу “сотрудничества в делах, касающихся вечной жизни”, за двадцать четыре часа иногда более чем сто раз включаю учеников “Рисале-и Нур” во все свои молитвы и духовные награды.

Всем моим братьям и сёстрам из сообществ “Роз”, “Света”, “Благословенных” и “Медресе Нурие”, во главе со стариками и детьми, передаю салям и желаю им здоровья и счастья.

Саид Нурси

* * *

Да вознесётся бесконечная хвала Всевышнему, “Рисале-и Нур” распространяется сам по себе, повсюду он обретает успех. Интриги заблудших его не останавливают. Наоборот, многие безбожники сдают перед ним оружие. Как сказал Хафиз Али, они очень боятся. Сейчас они стараются помешать нам не из-за своего безбожия, но из-за страха. Иншааллах, этот страх обернётся на пользу “Рисале-и Нур”.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

………………………………………………………………………………………

И тому старому другу, и внимательным людям, и вам я сообщаю: с просвещением Корана Превосходно Излагающего “Новый Саид” приводит настолько логичные и правдивые аргументы в вопросах истин веры (имана), что вынуждает согласиться не только мусульманских богословов, но даже самых упрямых философов Европы. И подобно косвенным и указательным сообщениям Почтенного Али и Гавса Азама (Да будет доволен ими Аллах) о важности и ценности “Рисале-и Нур”, также и Коран Превосходно Излагающий привлекает внимание к этому произведению, являющемуся в этом времени неким его духовным чудом, указывая и намекая на него на уровне указательного смысла, и это свойственно его чуду и является необходимостью чудесного красноречия этого языка сокровенного. Да, в Эскишехирской тюрьме, в страшное время, когда мы очень и очень нуждались в неком святом утешении, мне было духовно напомнено: “Свидетелями приемлемости “Рисале-и Нур” ты приводишь древних святых. Между тем, согласно секрету:

 وَلَا رَطْبٍ وَلَا يَابِسٍ اِلَّا فٖى كِتَابٍ مُبٖينٍ

Нет ничего сухого или мокрого, чего бы не было в Ясной Книге” (Коран 6:59).

в этом вопросе самое главное слово за Кораном. Интересно, одобряет ли Коран “Рисале-и Нур”? Как он смотрит на него?”. Тогда передо мной встал этот удивительный вопрос. И я обратился за помощью к Корану. Вдруг, в течении часа я прочувствовал и частью в явном, частью в общем виде увидел мощный признак того, что “Рисале-и Нур” привилегированно входит в совокупность уровня указательных смыслов, являющегося одним из ответвлений уровня явного смысла тридцати трёх аятов Корана. В моём убеждении не осталось никаких сомнений и подозрений.

Для того, чтобы посредством “Рисале-и Нур” защитить веру верующих людей, я записал это своё твёрдое убеждение и отдал его своим близким братьям, с условием сохранения конфиденциальности. И в той брошюре мы не говорим, что таков явный смысл аятов, дабы никто не сказал:

 فٖيهِ نَظَرٌЭто спорно”. И не говорим, что такова совокупность указательных смыслов. Но мы говорим: “Под явным смыслом имеется ещё много уровней. И один из этих уровней – это указательный смысл, который является неким совокупным множеством, отдельные части которого имеются в каждом веку. И “Рисале-и Нур” в этом веке является одной из единиц, составляющих то совокупное множество. И относительно того, что эта единица не случайно стала предметом внимания и исполнит важную обязанность, согласно законам джифра и математики, с давних пор действующим между учёными, показаны явные признаки, а скорее, доказательства. Помимо того, что это не вредит аятам Корана и их прямому смыслу, напротив, служит на пользу их чудесности и красноречия. Возразить такому виду скрытого указания не возможно. Тот, кто не может отрицать бесчисленные предсказания, выведенные людьми истины из бесконечных указаний Корана, не должен и не может отрицать и это. Ну а кто сомневается в том, что такое важное произведение могло появиться в руках такого, как я, незначительного человека, если задумается о том, что сотворение из подобного крупинке соснового семечка огромной, как гора, сосны является доказательством Божественного могущества и величия, тот, конечно, будет вынужден сказать, что появление во время сильной нужды у таких, как мы, абсолютно слабых и нищих такого произведения является доказательством всеобъемлющей Божественной милости. С честью и достоинством “Рисале-и Нур” я уверяю вас и возражающих, что эти указания и намекающие сообщения и знаки святых постоянно направляют меня к благодарности, восхвалению Всевышнего Аллаха и просьбам о прощении ошибок. Двадцатью последними годами своей жизни, находящимися перед глазами, я доказываю, что никогда, ни на минуту это не придало мне эгоизма и не послужило почвой для гордыни и надменности нафса. Да, наряду с этой истиной, человек не свободен от недостатков, забывчивости и ошибок. У меня есть много изъянов, о которых я даже не знаю. Может оказаться, что моя мысль запуталась и в книгах вышла ошибка. На данное время, когда под этим ужасным натиском заблуждения внешне пали многие учения и принципы, имеющие миллионы очень сильных, правдивых и преданных последователей; такой, как я, с трудом пишущий и одинокий, находящийся под постоянной слежкой и живущий напротив полицейского участка бедный человек, против которого ведётся страшная всесторонняя пропаганда, отвращающая от него всех и вся, не является хозяином “Рисале-и Нур”, обладающего наибольшей прочностью, чем те учения. Это произведение не может относиться к его мастерству, и он не может им гордиться. Скорее, в это время оно является духовным чудом непосредственно Мудрого Корана, дарованным со стороны Божественной милости. Тот человек взял этот Коранический дар вместе с тысячами своих товарищей. Каким-то образом ему выпала обязанность первого изложения. Доказательством того, что оно не является произведением его мысли и знания служит то, что в “Рисале-и Нур” есть такие части, которые были написаны за шесть часов, за два часа, за час, и даже за десять минут. Я клятвенно заверяю, что даже при наличии памяти “Прежнего Саида”, то десятиминутное дело не смогу сделать и за десять часов. Брошюру, написанную за час, я, со своими способностями и мышлением, не смогу сделать даже за два дня. Та шестичасовая работа, коей является “Тридцатое Слово”, – ни я, ни самые внимательные религиозные философы не смогут сделать такое исследование даже за шесть дней. И так далее… Значит, мы, не имея ничего, стали служителями и глашатаями некой богатой ювелирной лавки.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

В эти дни, из-за враждебного и непристойного злословия против меня стамбульского старика: во время тасбихата после утреннего намаза, мой нафс, с характером “Прежнего Саида” пришёл в волнение. Сказав: “Это несправедливо, такое терпеть нельзя!” – он потребовал мести. Но вдруг на сердце пришло следующее: “Может это станет поводом для распространения в Стамбуле “Рисале-и Нур”. Поскольку ты и мирской, и потусторонней жизнью жертвуешь ради “Рисале-и Нур”, то пожертвуй и личным достоинством. И раз уж были люди, которые в отношении причины сотворения вселенной – Гордости Мира (Мир Ему и Благо) – употребляли выражение “помешанный”, то не придавай значения оскорблениям личного достоинства, подобного частице в сравнении с тем солнцем”. – Так было мне напомнено, и моё сердце успокоилось.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Самый большой и самый внимательный из Стамбульских учёных богословов, бывший муфтий, долгое время остававшийся Шейху’ль Исламом, Али Риза Эфенди, прочитав Указания Корана из “Первого Луча”, а также такие книги, как “Великое Знамение”, сказал одному из важных учеников “Рисале-и Нур” Хафизу Эмину следующее: “Я без сомнения подтверждаю, что Бадиуззаман в это время совершил для Ислама самое большое служение, и его произведения абсолютно верны, и в такие времена, среди лишений он проявил полную самоотверженность, и его “Рисале-и Нур” является настоящим обновителем религии (муджаддидом). Да даст ему Всевышний успех в его деле, амин”.

И в связи с тем, что некоторые выражали претензии по поводу того, что Бадиуззаман не отпускал бороды, он, защищая его посредством одного рассказа отца Мавляны Джалялетдина Руми, являвшегося Султаном учёных-богословов, сказал: “Насчёт этого у Бадиуззамана, конечно, есть какое-то суждение. Те, кто возражают против этого – несправедливы”. И при этом повелел Ходже Мустафе (покойному): “Запиши мои слова!”

«Я с полным почтением приветствую Бадиуззамана. Горячо жду полного написания им его трудов. Не огорчайся из-за нападок и критик некоторых так называемых горе-учёных, ведь известно, что: “В плодовое дерево кидают камнями”. Пожалуйста, продолжайте свою борьбу. Да поможет вам Аллах быстро и благополучно достичь своих стремлений и целей, амин! Вверяю вас единству Вечного Всевышнего!»

Бывший муфтий

Али Риза

Вот так рассудил самый большой богослов, обладающий в это время наиболее веским словом относительно исследований в области знания, Шариата и Корана.

* * *

Мои дорогие, верные, внимательные, правильные братья!

Согласно одному очень серьёзному напоминанию, есть необходимость изложить одну истину.

А именно: как гласит смысл:

 لَا يَعْلَمُ الْغَيْبَ اِلَّا اللّٰهُ Никто не может знать скрытого, кроме Аллаха” святые не знают того, что скрыто, если им не будет сообщено. Война между “Ашара аль-мубашшара” показывает, что даже самые большие святые могут несправедливо противостоять, поскольку не знают истинного состояния своего противника. Следовательно, два святых, два человека истины, отрицая друг друга, не теряют своей степени. Если разве что не поступят совершенно противореча Шариату и согласно явно ошибочному суждению. Исходя из этого секрета, опираясь на благородное правило аята:

 وَ الْكَاظِمٖينَ الْغَيْظَ وَ الْعَافٖينَ عَنِ النَّاسِ

Которые сдерживают гнев и прощают людям” (Коран 3:134).

и основываясь на необходимости не разрушать хорошего мнения простых верующих в отношении их шейхов, и тем самым оберегать их веру от сотрясений; а также спасая основы “Рисале-и Нур” перед несправедливыми претензиями справедливым, но вредным гневом, во избежание того, чтобы безбожники не воспользовались враждой между двумя группами людей истины, ослабив одну из них оружием и претензиями другой, а эту опорочив аргументами первой, таким образом, ударив оземь и опорочив их обеих, ученики “Рисале-и Нур”, исходя из этих четырёх основ, не должны встречать своих оппонентов гневом, яростью и равноценным ответом. Лишь для того, чтобы защитить себя, нужно объяснять пункты, ставшие причиной претензий, и давать ответ. Потому что в это время эгоизм и самомнение очень выросли. Никто не хочет растопить тот кусок льда, размером с него самого, коим является его эгоизм. Каждый находит себе оправдание, отсюда и возникают расприи. Люди истины терпят ущерб, а заблудшие пользуются этим. Известный инцидент с претензиями намекает на то, что в будущем некоторые личности, очень одобряющие свои учения, некоторые самовлюблённые последователи суфизма и часть не убивших окончательно свои страсти и не избавившихся от опасности карьеризма наставников и людей истины, с намерением сохранить спрос на свои учения и принципы, а также сберечь симпатии к себе своих учеников, будут возражать против “Рисале-и Нур” и его учеников. И даже есть вероятность их сурового противостояния. В таких случаях нам нужно сохранять хладнокровие, проявлять стойкость, не враждовать и не порочить глав тех противостоящих групп.

Я вынужден огласить один секрет, говорить о котором даже не думал. Итак:

Поскольку духовная личность “Рисале-и Нур” и представляющая собой эту личность духовная личность его приближенных учеников удостоены степени “Ферид”, и так как они находятся вне распоряжения не то что кутба какой-то отдельной страны, но и великого кутба, большей частью пребывающего в Хиджазе, то они и не вынуждены входить под их влияние. Подобно двум Имамам, имеющимся в каждом времени, они не вынуждены признавать их. Я с давних пор считал духовную личность “Рисале-и Нур” одним из тех Имамов. Сейчас я понимаю, что, поскольку у Гавса Азама (Абдулькадира Гейляни), наряду с его степенями “Кутба”, “Гавса” имелась степень “Ферид”, то и “Рисале-и Нур”, связывающий его учеников ахирзамана, тоже удостоен этой степени.

Исходя из этого великого секрета, достойного сокрытия, если даже представить невероятное и вдруг в самой Досточтимой Мекке некий великий кутб возразит против “Рисале-и Нур”, то ученики Нура, не теряясь и восприняв возражения того уважаемого кутба, как приветствия и любезность, для того, чтобы получить ещё и его симпатии, объяснят этому великому учителю пункты, ставшие причиной его возражений, и поцелуют ему руки.

О мои братья! В это время, среди таких ужасных течений и сотрясающих жизнь и весь мир событий необходимо обладать бесконечной выдержкой, полным хладнокровием и безграничной самоотверженностью.

Да, согласно указательному смыслу аята:

 يَسْتَحِبُّونَ الْحَيٰوةَ الدُّنْيَا عَلَى الْاٰخِرَةِ

Которые предпочитают мирскую жизнь превыше последней” (Коран 14:3).

ужасной болезнью и бедой этого времени является то, что несмотря на знание Иного мира и веру в него, ему с любовью предпочитается этот преходящий мир; и под властью слепых чувств, не видящих результата, один грамм сиюминутного ядовитого удовольствия предпочитается целому пуду чистого наслаждения в будущем. И под действием этой беды даже истинные верующие порой совершают страшную ошибку, подобную поддержке заблудших. Да защитит Аллах людей веры и учеников “Рисале-и Нур” от зла этой беды, амин!

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

О мои братья!

В это время, особенно в такие моменты, ученики “Рисале-и Нур” вынуждены проявлять сильную выдержку, сплоченность и внимательность. Слава Аллаху, герои Испарты и её окрестностей, проявив стальную стойкость, стали хорошим примером и для других мест.

Хусрев! Я получил твоё действенное и красивое письмо. Нас необыкновенно обрадовало то, что ты взялся за дело. Тысячи раз добро пожаловать. Не переживай, что эти полтора года ты не мог работать материальным пером. Вместо тебя работали сувениры того твоего чудесного пера – два экземпляра “Чудес Ахмада”. Один деятельно ходит в восточных вилайетах, другой же, последний написанный тобой экземпляр, трудится в Стамбуле, Иншааллах, одерживая победу.

Подумай о том, сколько савабов, одобрений и поздравлений принесут тебе написанные тобой в этот раз, особенно в Благородном Рамадане, два чудесных экземпляра Славного Корана, которые, Иншаалах, скоро будут напечатаны, сколько молитв исламского мира они прольют на твою душу. Благодари Аллаха!

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Я весьма несомненным образом и в результате около тысячи испытаний пришёл к твёрдому убеждению, и чувствую зачастую такое состояние, что, когда я нахожусь в “служении Рисале-и Нур”, согласно степени этого служения – в моём сердце, теле, мышлении и средствах существования я замечаю некое развитие, лёгкость и благодать. И многие признаются, что чувствуют тоже самое. Даже, как я писал вам в прошлом году, секрет того, что мне хватает очень малого количества пищи, заключается в той благодати (баракате). И поскольку есть предание от Имама Шафии, сказавшего: “Я могу поручиться за пропитание ученика, искренне стремящегося к знаниям.” Потому что в его пропитании есть обширность и благодать. И если истина такова, и так как в это время ученики “Рисале-и Нур” показали, что они абсолютно достойны называться “искренне стремящимися к знаниям”; конечно, противостоя нынешнему голоду и засухе, вместо того, чтобы бросать “служение Рисале-и Нур” и, найдя оправдание в нехватке средств существования, бежать за ними, лучше всего благодарить Аллаха, проявлять удовлетворённость и серьёзно заниматься изучением “Рисале-и Нур”.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

………………………………………………………………………………………

“Рисале-и Нур” и его настоящие ученики, не могут использовать его не то что ради мирской политики, но даже ради всего этого мира. И до сих пор они никогда этого не делали. Мы не вмешиваемся в мирские дела мирских людей… Воображать, что от нас может быть какой-то вред – глупость.

Во-первых, Коран запретил нам политику, дабы истины, подобные алмазам, не опустились в глазах мирских людей до уровня осколков стекла.

Во-вторых, сострадание, совесть и истина запрещают нам политику. Потому что, если есть два из десяти безбожных лицемера, заслуживающих наказания, то с ними связаны семь-восемь невинных, бедных детей и больных и пожилых людей. Если придут беды и несчастья, то они затронут и этих невинных людей. Может они пострадают даже больше тех двух лицемеров и безбожников. Таким образом, в виду того, что нарушение общественного порядка приносит сомнительные результаты, то заложенные в сути “Рисале-и Нур” сострадание, милосердие, истина и справедливость запрещают его ученикам политический путь.

В-третьих, эта страна, этот народ и представители власти этой страны, в любом случае сильно нуждаются в “Рисале-и Нур”. Им необходимо не бояться и питать к нему враждебность, а напротив, даже самые закоренелые безбожники должны быть сторонниками его религиозных, справедливых правил. Если разве что они не являются полными предателями народа, родины и исламского правления. Потому что, для спасения общественной жизни этой страны и народа от анархии и других великих опасностей необходимы и обязательны пять основ:

Первая: Милосердие. Вторая: Уважение. Третья: Доверие. Четвёртая: Различая харам и халяль, избегание харама. Пятая: Отказ от самовольства и подчинение.

Так вот, когда “Рисале-и Нур” обращается к общественной жизни, то, обеспечив существование этих пяти основ, устанавливает и укрепляет фундамент общественного порядка. Пусть те, кто мешает “Рисале-и Нур”, твёрдо знают, что их попытки помешать помогают анархии и являются проявлением враждебности к родине, народу и общественному порядку. Итак, тому шпиону я сказал: “Тем, кто тебя послал, передай и скажи, что: если человек восемнадцать лет не обращается к властям с просьбами о своём покое, и уже двадцать один месяц совершенно ничего не знает о войнах, превративших мир в хаос, и, отказываясь от дружеских контактов с серьёзными людьми, занимающими высокие посты, не принимает их, то какой есть смысл пугаться его и, возомнив, что он может вмешаться в ваш мир, мучать его слежками. Какая в этом есть польза? Какой для этого есть закон? Даже глупцы понимают, что цепляться к нему – глупость!” После чего тот шпион встал и ушёл.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие братья!

Поскольку один раз я видел среди написанного вами брошюру “Об Искренности”, то препоручая вас уроку этой и подобной ей брошюр, не вижу необходимости учить вас сверх этого. Хочу лишь напомнить вот что: Поскольку нашим принципом, опирающимся на искренность, являются истины веры, то согласно этому принципу, мы вынуждены не вмешиваться без необходимости в мирскую и общественную жизнь и избегать состояний, влекущих за собой соперничество, сторонничество и противоборство. К большому сожалению, подверженные нападению нынешних ужасных змей люди богословия и религии, сделав поводом мелкие недостатки, подобные укусам мошек, критикуют друг друга и тем самым помогают тем змеям и безбожным лицемерам продолжать разрушения и убивать себя их руками. Один наш очень искренний брат в своём письме пишет, что некий престарелый богослов и проповедник занял позицию, способную нанести вред “Рисале-и Нур”. Из-за того, что такой бедняга, как я, имеющий тысячу недостатков, по одной очень уважительной причине отказался от одного сунната, он захотел опорочить меня и тем самым помешать “Рисале-и Нур”.

Во-первых, и тот человек, и вы знайте, что я – слуга “Рисале-и Нур” и глашатай этой лавки. “Рисале-и Нур” же является неким настоящим толкованием (тафсиром), скрепленным с Достославным Кораном, который в свою очередь связан с Арш-и Азамом. Недостатки моей личности на него не распространяются.

Во-вторых, тому учёному и проповеднику передайте мои приветствия… Его критику и возражения в отношении меня я с покорностью принимаю. И вы тоже не склоняйте его и подобных ему людей к спорам и разногласиям. Даже если они нападут, то и тогда не отвечайте им проклятиями. Кто бы ни был, если у него есть вера, то в этом отношении он наш брат. Даже если он будет проявлять враждебность, всеравно наш принцип не позволяет нам отвечать ему тем же. Потому что есть более страшные враги и змеи. В руках у нас есть свет, а не дубина. Свет же не причиняет боль, он ласкает своим сиянием. И особенно, если это касается людей знания, и если у них есть исходящее от знания самомнение, то не подстрекайте его. По возможности, сделайте своим руководством правило:

وَاِذَا مَرُّوا بِاللَّغْوِ مَرُّوا كِرَامًا А когда проходят мимо пустословия, проходят с достоинством” (Коран 25:72). И поскольку тот человек ранее уже вошёл в “Рисале-и Нур” и помогал его переписывать, то он находится внутри этого круга. Если в его взглядах есть одна ошибка, то простите её. Это поразительное время, наш принцип и наше святое служение делают необходимостью отказаться от распрей и не поднимать спорных вопросов не только с такими религиозными и связанными с тарикатом мусульманами, но даже с имеющими веру представителями заблудших сект и с христианами, знающими Всевышнего Аллаха и подтверждающими существование Иного мира.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Принцип “Рисале-и Нур” ‒ это исполнение своей обязанности, не вмешиваясь в обязянность Всевышнего Аллаха. Обязанность же – сообщение (призыв). Приводить к принятию – обязанность Всевышнего. И количество не имеет значения. Если в тех краях ты нашёл только одного Атыфа, это то же самое, что ты нашёл сотню человек, так что не беспокойся. И, по возможности, не обращай внимания на такие, приходящие из вне упреки, но будь осторожен. В этот сезон застоя, во время беспечности и страстной привязанности к погоне за средствами существования даже маленькое занятие (истинами) является важным. Это не застой, не безуспешность и не поражение. “Рисале-и Нур” повсюду имеет успех и побеждает.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

“Рисале-и Нур” не может быть инструментом для мирских дел. И он не может быть для них защитой. Потому что “Рисале-и Нур” является важным поклонением-размышлением, и намеренно желать от него помощи в достижении мирских целей нельзя. Если пожелать, то это повредит искренности. Форма этого важного поклонения изменится. Подобно тому, как некоторые дети, дерясь друг с другом, защищаются Кораном. Удары, летящие в них, попадают в Коран. Также и “Рисале-и Нур” не должен использоваться, как защита против этих упрямых врагов. Да, злоумышляющие против “Рисале-и Нур”, получают пощёчину. Сотни происшествий свидетельствуют об этом. Однако, “Рисале-и Нур” нельзя использовать в наказаниях, и наказания не приходят по людскому желанию. Потому что, это противоречит секрету искренности и поклонения. Тех, кто нас притесняет, мы препоручаем покровительствующему нам и использующему нас в деле “Рисале-и Нур” нашему Господу… Да, относящиеся к этому миру необычайные результаты, также, как в некоторых важных вирдах, во множестве проявляются в “Рисале-и Нур”. Однако, их не стоит желать, скорее, они даруются. Они не могут быть причиной (служения), а могут быть лишь одной из польз. Если же их желать, то они станут причиной и разрушат искренность; и то поклонение частью аннулируется. Да, победоносная стойкость “Рисале-и Нур” против стольких ужасных упрямцев исходит из секрета искренности, из того, что он не используется в качестве инструмента ни для чего, обращён прямо и непосредственно к вечному счастью, не преследует никаких других целей, кроме служения вере и не придаёт значения различным озарениям (кашфам) и личным караматам, которые считаются важными у некоторых последователей тариката. И подобно носителям великой святости ‒ сахабам, он согласно секрету наследования пророческой миссии (варасат-и нубувват), только лишь распространяет свет веры и спасает веру тех, кто уверовал. Да, два действительных результата, которые в это страшное время даёт приобрести “Рисале-и Нур”, превыше всякой вещи, они не оставляют нужды в других вещах и положениях.

Первый результат. Есть очень сильные признаки того, что люди, преданно и удовлетворённо вошедшие в круг “Рисале-и Нур”, войдут в могилу с верой (иманом).

Второй результат. Состоит в том, что в “кругу Рисале-и Нур”, согласно установившемуся и воплотившемуся сверх нашей воли “духовному сотрудничеству в делах, касающихся вечной жизни”, каждый действительно преданный ученик молит Всевышнего, просит прощения грехов и поклоняется сразу тысячами языками и сердцами, и подобно некоторым ангелам, восхваляет Аллаха сорока тысячами языками одновременно. И такие высокие и священные истины, как истину Ночи Могущества (ляйлят-уль кадр) в Благородном Рамадане, он ищет сотней тысяч рук. Итак, ради подобных этим результатов, ученики “Рисале-и Нур” предпочитают “служение Нура” святым степеням. Они не ищут озарений и караматов и не стараются сорвать в этом мире плоды Иного мира. А также они не вмешиваются в выходящие за рамки их обязанностей вещи, являющиеся обязанностями Всевышнего, как успех, принятие народом, пробуждение спроса, одерживание победы и получение заслуженной славы и почёта, удовольствий и помощи, они не строят свои действия на них. Они трудятся искренне и чистосердечно, говоря: “Наша обязанность – служение (иману), этого нам достаточно”.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Для того, чтобы обрести Ночь Могущества (ляйлятʼуль-кадр), сокрытую во всём Благородном Рамадане и имеющую ценность восьмидесяти с лишним лет, согласно требованию “духовного сотрудничества в делах, касающихся вечной жизни” учеников “Рисале-и Нур”, каждому из них, говоря “мы” в таких выражениях, произносимых от имени множественного числа, как:

 اَجِرْنَا اِرْحَمْنَا اِغْفِرْلَنَا Защити нас! Помилуй нас! Прости нас!” – нужно иметь в виду всех преданных учеников “Рисале-и Нур”. Дабы каждый ученик старался обращаться к Всевышнему Аллаху от имени всех. Для того, чтобы не оказалось ошибочным доброе мнение об этом вашем бедном, мало на что способном брате, от которого ждут служения, намного превышающего его силы, прошу вас помогать мне, как и в прошлом Рамадане.

Саид Нурси

* * *

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Два-три дня назад, проверяя “Двадцать второе Слово”, я присмотрелся и увидел, что в нём есть и всецелое поминание (зикр) (Аллаха), и глубокая мысль (фикр), и множественное объявление единобожия (тахлиль), и сильный урок веры (имана), и свободная от беспечности (гафлета) атмосфера присутствия перед Всевышним (хузур), и святая мудрость, и высокое поклонение размышлением (о Всевышнем Аллахе) (тафаккур), и другие подобные им сияния. Тогда я понял мудрость того, что некоторые ученики пишут, читают и слушают “Рисале-и Нур” с намерением совершить поклонение. “Баракаллах”, – сказал я и признал их правоту.

Саид Нурси

* * *