Девятая Надежда

ДЕВЯТАЯ НАДЕЖДА. Во время Первой Мировой Войны я находился на северо-востоке России, в очень далёкой Костромской губернии. Там, на берегу знаменитой реки Волги, стояла маленькая мечеть местных татар. Я томился среди моих товарищей – пленных офицеров. Мне хотелось одиночества, но наружу без разрешения выходить было нельзя. Татарская община, под свою ответственность взяла меня в ту маленькую мечеть на берегу Волги, и я в одиночестве жил в ней. Наступила ранняя весна. Длинные ночи той северной страны я проводил в бдении. Теми тёмными ночами на той мрачной чужбине печальный плеск Волги, грустный шёпот дождя и разлучающие дуновения ветра временно разбудили меня от глубокого сна беспечности. Хотя я ещё не считал себя старым, однако того, кто видел Мировую Войну можно считать состарившимся. Словно удостаиваясь смысла:

يَوْمًا يَجْعَلُ الْوِلْدَانَ شٖيبًا  “…Тот день, который юношей сделает седыми” (Коран, 73:17)  в том отношении, что это такие дни, которые заставили состариться детей, я в свои сорок лет, чувствовал себя восьмидесятилетним. В те длинные, тёмные ночи, находясь в печальной разлуке и в грустном положении, я почувствовал некое отчаяние в жизни и в возможности вернуться на родину. При взгляде на свои слабость и одинокость, моя надежда оборвалась. И когда я был в том состоянии, подоспела помощь от Мудрого Корана, язык мой произнёс:

حَسْبُنَا اللّٰهُ وَنِعْمَ الْوَكٖيلُ

«…Достаточно нам Аллаха, Он – Прекрасный Доверенный!» (Коран 3:173).

Сердце же плача сказало:

غَرٖيبَمْ بٖى كَسَمْ ضَعٖيفَمْ نَاتُوَانَمْ اَلْاَمَانْ گُويَمْ عَفُوْ جُويَمْ مَدَدْ خٰواهَمْ زِدَرْگَاهَتْ اِلٰهٖى

Покинут я, одинок и бессилен, о спасении взываю, прощения прошу, помощи желаю от Обители Твоей, о Аллах!”

И душа моя тоже, вспоминая старых друзей, представив смерть на той чужбине, как Ниязи Мисри, произнесла:

Пройдя горести мира, крылья раскрыв в небытие, с каждым взмахом зову я вдохновенно: Друг, друг!”

Говоря так, желал я встречи с друзьями. И как бы то ни было… В ту грустную, печальную, разлучающую и длинную ночь чужбины, мои слабость и бессилие стали настолько великими моими средствами обращения и заступниками пред Божественной Обителью, что до сих пор я остаюсь в изумлении. Потому что через несколько дней, вопреки ожиданиям, я в одиночку, не зная русского языка, совершил побег, преодолев расстояние, которое пешком можно пройти за год. По милости Всевышнего пришедшей ко мне из-за моей слабости и бессилия, в неком необыкновенном виде я спасся. Пройдя через Варшаву и Австрию, я достиг Стамбула, и то, что я спасся настолько легко, было весьма необычайно. Я очень легко и просто завершил тот длинный побег, в котором не смогли преуспеть самые смелые и хитрые люди, знавшие русский язык.

Однако состояние той ночи в мечети на берегу Волги привело меня к решению провести оставшуюся часть жизни в пещерах. Довольно мне уже вмешиваться в эту людскую общественную жизнь, – сказал я. – Поскольку в конце мне, одинокому, придётся войти в могилу, то для того чтобы привыкнуть к одиночеству, я изберу его уже сейчас.

Но, к сожалению, многочисленные и серьёзные Стамбульские друзья и величавая мирская жизнь этого города, особенно такие бесплодные вещи, как обращённые ко мне слава и почёт, намного превышающие мои способности, временно заставили меня забыть о том решении. Словно та ночь на чужбине была неким светлым чёрным зрачком в глазу моей жизни. А белый, величавый день Стамбула стал в том глазу неким тусклым белком, который не мог смотреть вперёд и вновь уснул. И лишь два года спустя Гавс Гейляни, своей книгой “Футухуль Гайб”, снова открыл мои глаза.

Итак, о состарившиеся братья и сёстры! Знайте, что слабость и бессилие старости являются средствами для привлечения Божественной милости и благосклонности. Как на примере многих случаев я наблюдал это в себе, так и проявление милости на земной поверхности также весьма явно показывает эту истину. Потому что среди животных самыми бессильными и слабыми являются детёныши. Однако самого сладкого и прекрасного проявления милости удостоены снова они. Слабость некого птенца, сидящего в гнезде на вершине дерева, по проявлению милости распоряжается его матерью, словно неким послушным солдатом. Она летает повсюду вокруг и приносит ему пищу. Когда же тот птенец окрепнет и забудет о своей слабости, его мать говорит ему: “Иди, сам добывай себе пропитание”, – и уже его не слушает.

Итак, как действует эта тайна милости в отношении детёнышей, также она распространяется и на стариков, которые, с точки зрения их слабости и бессилия, подобны детям. Многие случаи дающие мне твёрдое убеждение свидетельствуют о том, что подобно тому как детям из-за их бессилия, их пропитание в необыкновенном виде посылается им и истекает со стороны милости через материнскую грудь, также и пища верующих стариков обретших безгрешность, отправляется в виде достатка (бараката). И о том, что основой достатка некого дома являются живущие в том доме старики, и что некий дом защищают от бед находящиеся в нём безгрешные согбенные старики и старухи повелевает, доказывая эту истину, такая часть благородного хадиса (Примечание), как:

 وَ لَوْلَا الشُّيُوخُ الرُّكَّعُ لَصُبَّ عَلَيْكُمُ الْبَلَاءُ صَبًّا

то есть: “Если бы не было ваших согбенных стариков, беды бы лились на вас, подобно селям”.


Примечание: Заключение этого хадиса:

وَلَوْلَا الْبَهَائِمُ الرُّتَّعُ وَالصُّبْيَانُ الرُّضَّعُ … اِلٰى اٰخِرِ 

Если бы у вас небыли нуждающиеся домашние животные и молочные дети…” и до конца.

Итак, поскольку бессилие и слабость, находящиеся в старости настолько притягивают Божественную милость. И поскольку Мудрый Коран в пяти отношениях весьма чудесным образом призывает детей проявлять уважение и сострадание к состарившимся отцам и матерям такими аятами, как:

اِمَّا يَبْلُغَنَّ عِنْدَكَ الْكِبَرَ اَحَدُهُمَٓا اَوْ كِلَاهُمَا فَلَا تَقُلْ لَهُمَٓا اُفٍّ وَلَا تَنْهَرْهُمَا وَقُلْ لَهُمَا قَوْلًا كَرٖيمًا ۞ وَاخْفِضْ لَهُمَا جَنَاحَ الذُّلِّ مِنَ الرَّحْمَةِ وَقُلْ رَبِّ ارْحَمْهُمَا كَمَا رَبَّيَانٖى صَغٖيرًا

“…Если достигнет у тебя старости один из них или оба, то не говори им – уф! И не кричи на них, а говори им слово благородное. * И преклоняй пред ними обоими крыло смирения и милосердия и говори: “Господи! Помилуй их, как они воспитали меня маленьким” (Коран, 17:23-24)

И поскольку исламская религия повелевает уважение и сочувствие к старикам. И поскольку человеческое естество делает уважение и сострадание к старикам необходимостью. То конечно, мы, старики, вместо временного материального наслаждения, возникающего с аппетитом молодости, получаем духовные, постоянные и серьёзные милость и уважение, идущие от Божественной благосклонности и сочувствия людей, а также возникающие от той милости и уважения, – духовные удовольствия. В таком случае мы не должны променять эту нашу старость даже на сотню молодостей. Да, я сам заверяю вас, что если мне дадут десять лет молодости Прежнего Саида, то я не отдам за них даже одного года старости теперешнего Нового Саида. Я доволен своей старостью, и вы тоже должны быть довольны.