Некоторые отрывки из писем, написанных Бадиуззаманом Саидом Нурси своим ученикам во время пребывания в одиночном заключении в тюрьме города Афьён.

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Я вам не соболезную, а наоборот, поздравляю! Поскольку Божественное предопределение нас для некой мудрости направило в это третье “Медресе Юсуфа”, и здесь мы будем накормлены частью предопределённого нам пропитания и это пропитание позвало нас сюда и поскольку, как показывает твёрдый опыт, Божественная помощь удостоила нас смысла аята:

عَسٰٓى اَنْ تَكْرَهُوا شَيْئًا وَهُوَ خَيْرٌ لَكُمْ 

И может быть, вы ненавидите что-нибудь, а оно для вас является благом” (Коран 2:216).

и поскольку наши новые братья, находящиеся в “Медресе Юсуфа”, больше всех нуждаются в утешении, находящемся в “Рисале-и Нур”, а у работников юстиции есть большая, чем у других чиновников, нужда в правилах “Нура” и других святых законах, и поскольку книги “Рисале-и Нур” в большом количестве исполняют вашу обязанность на воле и их победы не приостанавливаются и поскольку здесь каждый тленный час становится вечными часами поклонения, то, конечно, мы – по причине вышеперечисленного – должны в полном терпении и стойкости радостно благодарить за произошедшее с нами. Все небольшие письма, написанные нами для утешения в Денизлинской тюрьме, я в том же виде повторяю для вас. Иншааллах, те правдивые строки послужат утешением и вам.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых, из-за притеснений и несправедливостей, совершаемых в отношении меня, не огорчайтесь. Потому что они не могут найти ошибки в “Рисале-и Нур” и вместо него занимаются моей маловажной и имеющей много недостатков личностью. Я этим доволен. Если для благополучия и почёта “Рисале-и Нур” я перенесу тысячи личных мучений, несчастий и оскорблений, то все равно считаю себя обязанным гордо возносить благодарность Всевышнему, что является необходимым следствием урока, полученного мной от “Рисале-и Нур”. А потому вы в этом отношении за меня не переживайте.

Во-вторых, эти весьма обширные, суровые и безжалостные атаки и нападения сейчас уменьшились в двадцать раз. Вместо тысяч близких учеников и сотен тысяч связанных с нами людей были арестованы несколько новых наших братьев. Значит, с помощью Аллаха, все обошлось легко.

В-третьих, По милости Всевышнего, прежний губернатор, который два года проворачивал против нас разные планы, исчез. И есть большая вероятность, что министр внутренних дел, чрезмерно подверженный внушаемым ему на счёт нас опасениям, по причине землячества и большой религиозности его предков, весьма облегчит эту страшную атаку. Поэтому не отчаивайтесь и не беспокойтесь.

В-четвёртых, на основании многих опытов и происшествий, в неком убедительном виде можно сказать, что вместе с плачем “Рисале-и Нур” либо дрожит земля, либо плачет воздух. Как мы много раз видели своими глазами и частью даже доказали в суде, эта зима также, в начале, необыкновенным образом улыбалась, подобно весне, что совпало с улыбкой “Рисале-и Нур”, подпольно распространяемого с помощью множительной техники, и когда он заплакал при застое из-за опасений от повсеместных обысков и конфискаций, вдруг в то же время зима тоже показала страшную суровость и заплакала. Все это, по моему мнению, является сильным признаком того, что (Рисале-и Нур) представляет собой некое яркое чудо истин Корана этого века, с которым связаны земля и вселенная…

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

(Настала необходимость изложить одно моё необычное и красивое состояние.)

Однажды в военное время, участвующие на войне на разных участках фронта видели одного известного ученого Ислама. У него спросили об этом… Он же сказал: “Для того, чтобы заработать для меня саваб и дать возможность верующим людям воспользоваться моими уроками, некоторые аулия (святые) в моем облике делали это вместо меня”. И точно подобно этому произошло то, что в Денизли меня видели в мечетях и даже сообщили об этом официально, и это дошло до начальника тюрьмы и охраны. И некоторые с опаской заговорили: “Кто же открывает ему ворота тюрьмы?” И также точно происходит и здесь. Однако вместо таких мелких чудес, приписываемых моей ущербной и неважной личности, сборник “Сикке-и Гайби”, доказавший чудесность “Рисале-и Нур”, стократно или даже тысячекратно больше зарабатывает доверие к этим книгам и ставит подпись под их приемлемостью (перед Аллахом). И особенно, своими поистине необыкновенными состояниями и перьями под этим ставят свои подписи героические ученики “Рисале-и Нур”.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

“Рисале-и Нур” видится с вами вместо меня; новым нашим братьям, желающим урока, преподаёт его в прекрасном виде. Проверено, что чтение “Рисале-и Нур” или его преподавание, или же переписывание, несут сердцу радость, душе – покой, наделу – благодать, а телу – здоровье. Сейчас вам подарен такой герой Нура как Хусрев. Иншааллах, это “Медресе Юсуфа” тоже станет некой благословенной аудиторией “Медресетуз-Зехра”. До сих пор я не показывал Хусрева мирским людям, скрывал его. Однако издаваемые сборники полностью выставили его на обозрение политиков, не оставили ничего скрытого. Поэтому я показал две-три его службы близким братьям. И я, и он, если понадобится, будем не скрывать, а излагать истину так, как есть. Однако сейчас среди слушающих истину против нас появились два страшных упрямца – один в Эмирдаге, другой здесь – которые в пользу неверия и коммунизма очень коварно пытаются разной клеветой настроить против нас чиновников. Поэтому сейчас нам необходимо, сильно проявлять осторожность, не беспокоиться и с упованием ждать прихода нам на помощь милости Всевышнего.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Ценной радостной вестью Сейида из Бартына, Хусрева и Хыфзы я поздравляю и радую и себя, и “Рисале-и Нур”, и вас. Да, ушедшие в этом году в хадж увидели, что большие ученые Досточтимой Мекки переводят и распространяют сильные сборники “Рисале-и Нур” на арабском и индийском языках, а также в Пресветлой Медине их приняли настолько, что поставили на могиле Пророка. Хаджи Сейид своими глазами видел там сборник “Посох Мусы”. Значит он принят Пророком (Мир Ему и Благо) и Он им доволен. И по нашему намерению, и как мы сказали отправившимся отсюда паломникам, книги “Рисале-и Нур” посетили те благословенные места вместо нас. Да вознесётся бесконечная хвала Всевышнему… Из весьма многих польз того, что герои Нура распространили в проверенном виде эти сборники, одна польза такова: как они освободили меня от обязанности проверки и беспокойства за неё, так и в отношении того, что эти книги стали своего рода источником для других, написанных от руки экземпляров, они обрели образ сотен проверяющих корректоров. Пусть Всемилостивый и Милосердный Аллах повелит записать в тетради их добрых деяний по тысяче благодеяний за каждую букву тех сборников. Амин…

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья и товарищи по тюрьме!

Во-первых, от того, что мы не видимся физически, не переживайте. Духовно мы видимся постоянно. Какую бы попавшую вам в руки брошюру “Рисале-и Нур” вы ни прочитали или ни послушали, вместо моей неважной личности вы увидите в ней меня в качестве некого служителя Корана и побеседуете со мной в этом качестве. По существу я тоже в своём воображении встречаюсь с вами во всех моих молитвах, в ваших писаниях и связях со мной. И поскольку мы находимся в одном учреждении, то словно мы видимся с вами постоянно.

Во-вторых, в этом новом “Медресе Юсуфа” новым ученикам “Рисале-и Нур” мы говорим: По твёрдым доказательствам, с указаниями Корана, заставившими принять даже экспертов, “верные ученики Нура войдут в могилу с верой”. И со светом благодати духовного сотрудничества “Рисале-и Нур” каждый ученик в соответствии со своей степенью обретает долю в духовных приобретениях и молитвах всех своих братьев. Словно он кается и поклоняется тысячами языков”. Два этих полезных результата опускают в ничто все тяготы и тоску этого удивительного времени, своим преданным покупателям очень дёшево вручают две такие ценные выгоды.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

В Афьёнской защитительной речи имеются важные истины, связанные и с нами, и с “Рисале-и Нур”, и с этой страной, и с миром Ислама.

Нужно обязательно сделать ещё пять-десять её экземпляров новыми буквами, дабы отправить их в инстанции Анкары. Освободят нас или накажут – не имеет никакого значения. Сейчас наша обязанность состоит в том, чтобы донести истины, содержащиеся в этой защитительной речи, до властей, до правосудия и народа. Может быть мудрость того, что Божественное предопределение направило нас в эту “школу”, заключается в этом. По возможности нужно срочно напечатать её на машинке. Даже если нас сегодня освободят, все равно мы вынуждены подать её в нужные инстанции. Не нужно обманываться и откладывать это, с нас уже хватит! Пусть это будет нашей последней защитой против этих трёхкратных страшных притеснений, пустых поводов и бесподобных мучений, продолжающихся на протяжении пятнадцати лет в отношении нас по одним и тем же причинам. Поскольку на прошлом суде нам по закону дали для защиты своих прав печатную машинку, то здесь ни по какому закону нас не могут лишить этого права. Если вы не смогли решить этот вопрос официально, то пусть наш адвокат займётся этим в первую очередь и вне тюрьмы сделает пять машинописных копий и внимательно проследит за правильностью.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Мои окна сегодня забили для того, чтобы я не общался и не обменивался приветствиями с заключенными. Внешне же показали другой повод. Совершенно не беспокойтесь. Занимаясь моей незначительной личностью они не оказывают большого давления на “Рисале-и Нур” и его учеников, и поскольку эти их вероломства в отношении моей личности и мучительные притеснения меня происходят вместо совершения их в отношении “Нура” и вас, то, наоборот, я серьёзно и всем сердцем доволен, терпеливо благодарю Творца и не беспокоюсь. И вы тоже нисколько не огорчайтесь. Я убеждён, в том, что наши скрытые враги привлекли внимание властей к моей личности, имеется благо и милость с точки зрения благополучия “Рисале-и Нур” и его учеников. Пусть некоторые наши братья, гневаясь, не говорят задевающих слов; пусть действуют осторожно, не беспокоятся и не разговаривают на эту тему с кем попало. Потому что есть шпионы, которые находят нужные им смыслы в словах наших наивных братьев и новых братьев, ещё не привыкших к осторожности (ихтияту). Затем раздувают из мухи слона и доносят. Положение у нас сейчас нешуточное, но вместе с этим ничуть не тревожьтесь. Мы находимся под благосклонностью Аллаха и имеем намерение отвечать Ему на все трудности полным терпением и даже благодарностью. Поскольку один грамм тягот приносит в результате целый пуд милости и вознаграждений (Иного мира), то благодарить мы просто обязаны.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Основываясь на двух серьёзных причинах и одном сильном напоминании я сердцем был вынужден оставить все обязанности по защите подвижникам “Нура”, которые пришли и придут сюда. Особенно [Х,Р,Т,Ф,С].

Первая причина. По ходу допросов и ещё по многим признакам я твёрдо понял, что мне стараются создать как можно больше трудностей и при этом избежать того, чтобы я идейно победил их. И на это у них официальное указание. Под разными предлогами препятствуют мне говорить, словно, если я заговорю, то проявлю такую научную и политическую мощь, которые убедят суды и заставят замолчать дипломатов. Даже как-то на допросе, в ответ на один вопрос я сказал: “Не могу припомнить”. На что судья удивлённо произнёс: “Как может что-то забыть такой, как ты, обладатель удивительных, феноменальных знаний и сообразительности?” Они посчитали необыкновенную возвышенность и научные истины “Рисале-и Нур” моими мыслями и ужаснулись. Теперь не хотят давать мне говорить. И думают, будто кто бы ни повидался со мной, тот сразу становится преданным учеником Нура. Поэтому не дают мне ни с кем встречаться. Даже начальник Управления по делам религии, и тот сказал: “Кто с ним повидается, тот привязывается к нему… Чары его сильны”.

Значит, ситуация требует, чтобы я передал своё дело вам. И мои старая и новая защитительные речи, имеющиеся у вас, помогут вам в ваших обсуждениях, их будет достаточно.

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Сегодня вместе с одним духовным напоминанием у меня появились какие-то опасения и грусть за вас. В ту минуту, когда я очень запереживал и расстроился за моих братьев, желающих побыстрее выйти и опасающихся за свои средства к существованию, вдруг вместе с одним благим воспоминанием мне на сердце пришла некая истина и радость. А именно: через пять дней наступят три очень благословенных и благодатных для вечной жизни месяца поклонения. Если награда за каждое доброе дело в другое время равна десяти, то во время Благородного Раджаба переходит за сотню, в Великом Шаабане же она больше трёхсот, а в Благословенном Рамадане достигает тысячи, в ночи на пятницу – нескольких тысяч, а в ночь Могущества – тридцати тысяч. И провести в этом, умножающем награду в десять раз, “Медресе Юсуфа” эти три месяца, являющиеся некой святой ярмаркой загробной торговли, дающей заработать очень много потусторонних благ, и некой знаменитой выставкой для людей истины и поклонения, и приобрести за три месяца некую восьмидесятилетнюю жизнь, конечно, является весьма выгодным. Сколько бы ни пришлось перенести трудностей, все они обращаются в милость. Таковым это является в отношении поклонения, и подобно этому, в том, что касается служения “Нура”, тоже – если не по количеству, то по качеству – имеется пятикратный рост. Потому что люди, постоянно входящие в эту гостиницу и выходящие из неё являются средством распространения уроков “Рисале-и Нур”. Порой искренность одного человека приносит пользу двадцати человек. И неважно, если будет немного страданий и трудностей в таком деле, как распространение секрета искренности “Нура” среди бедных заключенных, несущих некий, пропитанный политикой героизм, и очень нуждающихся в утешении “Рисале-и Нур”. Что же касается средств существования, то, поскольку эти три месяца являются ярмаркой вечной жизни, и так как каждый из вас попал сюда вместо многих учеников, а некоторые даже вместо тысячи человек, то, конечно, ваши дела на свободе не останутся без поддержки, – и с этими словами я полностью успокоился и понял, что оставаться здесь до праздника является большим счастьем.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

……………………………………………………………………

По некоторым признакам я понял, что наши скрытые враги, с намерением опустить цену “Рисале-и Нур”, подозревая притязание на звание Махди, несущее в себе некий политический привкус, изыскивают разные беспочвенные поводы, чтобы заявить о том, что “Рисале-и Нур” является неким инструментом для этих притязаний. И скорее всего все мучения, которым я был подвергнут, являются следствием этих подозрений. Я же тем скрытым несправедливым врагам и тем, кто их слушает говорю: “Да простит и да убережёт от этого Аллах!.. Моя семидесяти пятилетняя жизнь, особенно последние её тридцать лет, а также сто тридцать брошюр “Рисале-и Нур” и тысячи моих товарищей свидетельствуют о том, что никогда я не преступал границ дозволенного настолько, чтобы делать истины веры инструментом для обретения моей личностью какого-то славного и почётного положения.

Да, ученики Нура знают, и в судах я показал доказательства того, что не то, чтобы обретать для себя какие-либо степень, славу, почёт и известность, и посредством них зарабатывать себе потусторонний и духовный уровень, а скорее, для того, чтобы всеми своими убеждённостью и силами служить для укрепления веры верующих людей, я готов пожертвовать не то что своей мирской жизнью и её тленными положениями, но, если понадобится, готов отдать ради этого и свою загробную жизнь с её вечными потусторонними степенями. И даже, если потребуется, готов оставить Рай и войти в Ад, чтобы стать причиной спасения из него некоторых несчастных; о чем знают мои истинные братья и что в некотором отношении я доказал в суде. Те же, кто, не смотря на это, подобными обвинениями приписывают мне некую неискренность в служении свету и вере и пытаются опустить цену “Рисале-и Нур”, лишают народ содержащихся в этих книгах великих истин.

Интересно, если человек преподал урок заблудшим этого мира и на пути служения вере готов пожертвовать не только своей мирской жизнью, но – если понадобится – то и потусторонней, и, как он заявил в суде не променяет даже одну-единственную истину веры на все мирское царствование, и, по секрету искренности, всеми силами избегает политики, а также имеющих политический оттенок всех материальных и духовных степеней, и, вытерпев двадцать лет бесподобных притеснений, из принципа не опускается до политики, и в отношении своего нафса считает себя на много ниже своих учеников, постоянно ожидая от них благосклонности и молитв, и убеждён в собственной слабости и ничтожности, и если некоторые чистосердечные братья, за необыкновенную силу веры, полученную ими от “Рисале-и Нур”, припишут в своих личных письмах некоторые достоинства этих книг этому бедняге, являющемуся их выразителем, а также на основе не имеющего ничего общего с политикой обычая, когда придают человеку высокую степень и будут думать о нём намного лучше, чем он есть на самом деле, и по стародавнему приемлемому и непререкаемому обычаю, действующему между учителем и учениками и выражающему благодарность, они будут выказывать ему чрезмерные восхваления и прославления, то разве может это хоть в каком-то отношении считаться преступлением? Правда, то, что касается преувеличений, в некотором роде противоречит истине, но когда у этого одинокого, находящегося в чужих краях человека имеется слишком много врагов и есть немало причин, обращающих в бегство его помощников, то только лишь для того, чтобы не разрушать воодушевления тех преувеличенно восхваляющих помощников, спасти их от бегства и перед этими многочисленными бессовестными противниками укрепить их духовную силу, часть их восхвалений не были полностью отвергнуты и были обращены к “Рисале-и Нур”. И когда это так, то становится понятно, насколько же далеки от справедливости, закона и совести некоторые из официальных лиц, стремящихся повернуть служение вере этого старого и находящегося в дверях могилы человека в сторону каких-то мирских целей.

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых, ни в коем случае не переживайте! Поскольку с многочисленными испытаниями мы убедились в том, что в каждом произошедшем с нами событии с точки зрения результата сокрыты: проявления милости и благосклонности Всевышнего и воспитание со стороны предопределения, справедливости и милосердия, то нам следует в самых тяжёлых состояниях и трудностях проявлять совершенное терпение и благодарить Всевышнего.

Трудности, переносимые учениками Нура, которые удостоены совершения священного служения истинам веры подобно тысячам, миллионам истинных борцов за веру, как Джарджис (мир ему), с которого была содрана кожа, по сравнению с этими прежними великими личностями легче более чем в тысячу раз. Однако получаемые воздаяния и прибыль подобны им.

Во-вторых, планы выстроенные против “Рисале-и Нур” нашими тайными врагами, которые одиннадцать раз покушались на мою жизнь и четыре раза травили против нас суды, сорвались; поэтому они всеми интригами стараются мучать мою никчёмную личность посредством одиночного заключения, доставления беспокойств и трудностей. Я же видя за этими мучениями проявления милости Всевышнего благодарю Его. Думаю, то, что такой, как я, физически в десять раз слабый, чем вы человек, переносит в десять раз большие трудности, сведёт на нет мелкие, незначительные и временные трудности таких сильных и великодушных людей как вы. Поэтому я не вижу необходимости утешать вас.

В-третьих, не беспокойтесь за то, что они сейчас пытаются подорвать мой авторитет, угнетают и давят меня. Потому что это показывает нам, что они не трогают “Рисале-и Нур” и его учеников и глубоко заблуждаются. То есть всю значимость и ценность видят в моей личности, поэтому пытаются задавить и уничтожить меня. В этом их заблуждении есть великая мудрость и большая польза на благо “Рисале-и Нур”. Подобными действиями они способствуют моему служению Нуру и выполнению личных обязанностей, которых я не выполняю. Иншаллах, это послужит искуплением моих проступков.

В-четвёртых, тайные лицемеры напугали некоторых официальных чиновников, обманув их говоря: “Общающийся с Саидом становится ему другом и учеником. Пусть ни кто с ним не контактирует”. Даже администрация тюрьмы и надзиратели избегают меня. Я же доволен такому положению и благодарю Аллаха.

Пусть мы с вами не видимся, однако мы в одном с вами здании выполняем одну и ту же обязанность, и материально, и духовно наши сердца и мысли едины. Мы видимся духовно, этого нам достаточно.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья и самоотверженные, стойкие товарищи в Служении Корану и Вере!

Не переживайте из-за того, что я несколько дней писменно не разговаривал с вами. Сейчас на сердце пришло изложить вам два пункта.

Первый. По смыслу  اَلْخَيْرُ فٖى مَا اخْتَارَهُ اللّٰهُ  Благо в том, что предопределил Аллах.” после покорности (таслима) и упования (таваккуля) я почувствовал утешение. Итак, в том, что нас, особенно Чалышконов, не освободили и отложили наше освобождение, иншаллах, взамен одного материального ущерба есть сотни духовных польз и наград. Например, прошло уже двадцать дней как мощная защитительная речь, заключающая в себе научные и религиозные истины, изучается шестью инстанциями Анкары, в которые мы её послали. Конечно же её важные истины и события нашего дела, привлекающие внимание имеющих отношение к нему людей, не оставят равнодушными эти инстанции. Если бы они не были повержены этими истиннами, то уже давно против нас были бы даны рекомендации и повеления. Если бы это было так, то это почувствовалось бы в действиях личностей, раздувающих из мухи слона. Значит истина восторжествовала; для самозащиты они лишь могут слегка зацепиться за что-нибудь. Взамен материального ущерба и мучений, перенесённых ради этого результатаю, я во сто раз больше имею духоную пользу. Я считаю, что каждый брат из вас получил намного больше духовной пользы. Значит, отсрочка нашего освобождения стала благом. А также подобно тому, как три брата из семьи Чалышканов спасли многих из учеников Нура от попадания сюда (в тюрьму), также значительная клевета против них, в некоторой степени, отвела внимание судей от “Рисале-и Нур”. Эти две важные пользы с их освобождением были бы потеряны. И на взгляд людей погасла бы их серьёзная увлечённость “Рисале-и Нур”.

Второй пункт. Наше дело, является очень великой службой Корану и вере, затрагивающей весь исламский мир. Ужаснувшиеся от этого тайные лицемеры изо всех сил пытаются уменьшить его значимость. Из-за того, что придают ему большого внимания, свиду стараются показать незначительным, обманывают чиновников и судей. Например, не беря во внимание полковников и офицеров, причастных к “Рисале-и Нур”, здешний суд старается продлить наше дело по поводу того, что в Анкаре у одного рядового солдата, ученика “Рисале-и Нур”, были найдены некоторые безвредные книги. И, посредством угнетений и давлений показывая мою личность никчёмной, не берут во внимание мощные уроки “Рисале-и Нур” и стойкую духовную личность его учеников, якобы не придают им значения. Однако, стараются принизить значимость “Рисале-и Нур” из-за того, что боятся его значимости и важности. Они полностью обманулись. Из-за этой отсрочки освобождения материально пострадал семейный бизнес нескольких наших братьев, однако мы находимся под милостью, которая, иншаллах, большими духовными вознаграждениями сведёт на нет этот материальныё ущерб. Не переживайте и не беспокойтесь. Наш долг терпеть и благодарить Всевышнего, а также по мере возможности заниматься “Рисале-и Нур” и давать утешение заключённым, находящимся в ещё более трудном положении чем мы.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Изложу вам одно напоминание, пришедшие мне на сердце, в таком же виде как и пришло.

Пришёл ответ на нашу защитительную речь, посланную в шесть инстанций и одержавшую победу. Они не нашли повода для преследования нас. Но, из одной инстанции есть тайный план об ослаблении привязанности ко мне моих преданных учеников. Собственно уже давно они пытаются, угнетениями, клеветой и изоляцией, разорвать эту святую связь веры ради Иного мира между нами, однако у них это не получилось. Теперь находят разные поводы, чтобы внушить страх ученикам Нура, найдя их слабое место отвернуть их от “Рисале-и Нур”. Иншааллах, героическая стойкость и выдержка крепких, как железо, учеников Нура и истины Нура – великого борца за веру, которые подобны алмазному мечу в руках духовной личности его учеников, а также их самоотверженность испортят и этот их план. Да, подобно тому как Рай не даётся даром, так и Ад не без надобности. Вам повторно было сказано о том, что по сравнению с прежними героическими борцами за веру, с меньшими трудностями в этих трудных условиях и большой потребности этого времени, больше воздаяния (саваба) приобретают, иншааллах, искренние ученики Нура. И несколько лет жизни, уходящих в пустую, а может и на грехи, тратят на такое святое служение вере и Корану и благодаря этому обретают вечную жизнь – ученики Нура. Я, несмотря на свою слабость, решил терпеть все их нападки, совершаемые на меня. Иншааллах, сильные, самоотверженные, храбрые молодые мои братья не отстанут от меня; и не отступят, а тех кто отступает, будут стараться, как старались до сих пор, повернуть обратно.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых. От всей души поздравляем вас с наступлением Благородного Раджаба и завтрашней ночи Рагаиб.

Во-вторых. Не отчаивайтесь, не беспокойтесь и не переживайте, иншааллах, милость Всевышнего подоспеет нам на помощь. Бомба, приготовляемая против нас на протяжении трёх месяцев, взорвалась. Весть, о которой сообщили моя печка, стакан Фейзи и два стакана Хусрева, оказалась верной. Однако оказалась не страшной, а лёгкой. Даст Бог, тот огонь полностью потухнет. Все их атаки ведутся для того, чтобы сгноить мою личность и испортить победы “Нура”. Удар, который они изо всех сил хотели нам нанести вместе с эмирдагскими полумуллой–еретиком и одним человеком, более вредоносным, чем известные лицемеры, служащим инструментом в руках скрытых безбожников, ослабился в двадцать раз. Иншааллах, и оставшаяся часть тоже нам не повредит и не ранит, и их планы о том, чтобы отбить нас друг от друга и от “Рисале-и Нур”, останутся неисполненными. Из уважения к этим трём благословенным месяцам и полагаясь на ту весьма великую награду, которую они дают обрести, нам нужно, и мы обязаны в терпении и стойкости благодарить Всевышнего, уповать на Него и покорится правилу:

مَنْ اٰمَنَ بِالْقَدَرِ اَمِنَ مِنَ الْكَدَرِ

Кто уверовал в предопределение, тот избавился от огорчений.”

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

  Мои дорогие, преданные братья, являющиеся моим поводом для утешение в этом мире, и неутомимые товарищи на пути служения истине!

В эти благословенные месяца будет весьма полезным если, по мере возможности, проводить томительные часы ваше жизни в этой темнице, приносящей много воздаяний (саваба), за занятием Кораном и Нуром. Подобно тому как полегчают ваши страдания, также это будет ценным поклонением, утешающим сердце и душу. Занятие книгами Рисале-и Нур ради веры (имана) является и поклонением-размышлением (тафаккур), и, как упоминается в конце “Брошюры об искренности”, считается в пяти отношениях поклонением. Когда в эти дни я переживал из-за того, что мысленно занимаюсь защитительной речью на сердце мне пришло, что: “подобное занятие также является научным; служит свободе и распространению истин веры и в этом отношении также является поклонением”. Когда мне трудно я с новым наслаждением изучаю темы Нура, которые до этого видел сотни раз. Даже защитительные речи считаю научными брошюрами Нура. Как-то раньше один из наших братьев мне сказал: “Несмотря на то, что я тридцать раз перечитал Десятое Слово, испытываю потребность и желание в повторном чтении этого Слова”. Из этого я понял, что особенное свойство Корана “не пресыщать” отразилось и в его истинном тафсире “Рисале-и Нур”, проявляющем истины Корана.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

В этом мире, особенно в это время, особенно для попавших в беду и особенно для испытывающих ужасные томления и отчаяние учеников “Рисале-и Нур” самое действенное средство – это утешать и радовать друг друга, укреплять духовную силу ближнего и, подобно истинным самоотверженным братьям, проливать бальзам на раны горя, тоски и томлений, и с полным состраданием ласкать грустные сердца друг друга. Истинное братство ради Иного мира между нами не приемлет обиды и пристрастность. Поскольку я, доверяя всеми силами, положился на вас. И вы знаете, а скорее видите, что ради вас я решил жертвовать не только своим покоем, достоинством и честью, но с радостью готов отдать даже свою душу. И я даже клятвенно заверяю, что такой маловажный инцидент, как взаимные капризы двух братьев и их огорчение друг друга вместо утешения, восемь дней причиняли моему сердцу такое мучение, что и моя душа, и сердце, и разум, плача, причитали: “Вот беда! Ох! О Аллах! О Всемилостивый и Милосердный, помоги! Защити нас, спаси нас от зла дьяволов из джиннов и людей! Наполни сердца моих братьев преданностью, дружелюбием, братством и состраданием друг к другу”.

О мои братья, несокрушимые подобно стали! Окажите мне помощь. Наше дело очень тонкое. Я настолько сильно вам доверяю, что все свои обязанности возложил на вашу духовную личность. Вам тоже нужно изо всех сил бежать мне на помощь. Хотя этот инцидент был весьма незначительным, мимолётным и маленьким, однако даже волосок или мелкая частичка, попавшие в механизм наших часов, или в зрачок нашего глаза, причиняют боль. И в этом отношении он (инцидент) является значительным, так что три материальных взрыва и три духовных созерцания точно сообщили о нём.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Ночь Ми’радж (Вознесения) – словно вторая Ночь Могущества (Ляйлятуль-Кадр). Награда за благодеяния, по возможности совершенные в эту ночь, увеличивается в тысячу раз. По секрету духовного сотрудничества, иншааллах, каждый из вас, подобно ангелам, восхваляющим Создателя сорока тысячами языков, этой ценной ночью и в этих преумножающих награду мучительных местах будет сорока тысячами языков поклоняться, молить Всевышнего и этим благодарить Его за то, что вред от этой беды уменьшился в тысячу раз. И вместе с поздравлениями за вашу полную осторожность, хочу вас обрадовать тем, что покровительство Всевышнего в отношении нас проявилась в весьма явном виде.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные и искренние братья!

Нам уже просто необходимо всеми силами, по мере возможности, соблюдать между собой и относительно друг друга правила “Сияния об искренности” и смысл истинной искренности применять на деле. Я точно узнал, что для того, чтобы, используя противоречия характеров или мыслей, охладить отношения друг к другу местных особо близких братьев, три месяца назад назначены три человека. И для того, чтобы, наводя скуку, поколебать крепких учеников Нура, а также бросить в сомнение нестойких и слабых, чем заставить их всех отказаться от этого светлого служения, судебное разбирательство беспричинно затягивается. Берегитесь! Да не будут сотрясены имевшие до сих пор между вами место самоотверженное братство и искренняя дружба. Если это произойдёт хотя бы на частицу, то принесёт нам большой вред. Поскольку наше служение Корану и вере требует от нас – если понадобится – пожертвовать друг другу своей душой, то истинно самоотверженные братья должны не обижаться друг на друга из-за нервозности, идущей от тоски и других вещей, а наоборот, в полном смирении, скромности и покорности брать вину на себя и стараться укрепить дружбу и искренность. Иначе же из мухи, сделав слона, может быть нанесён такой вред, который уже невозможно будет устранить. Полагаясь на вашу сообразительность, на этом сокращаю.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых, по смыслу:

اَلْخَيْرُ فٖى مَا اخْتَارَهُ اللّٰهُ

Благо в том, что предопределил Аллах.”

— Иншааллах, в откладывании нашего суда и в нахождении в день суда здесь наших освобождённых братьев есть некое большое благо.

Да, поскольку дело “Рисале-и Нур” имеет большую важность в исламском и особенно в этой стране, то для того, чтобы привлечь к истинам этих книг всеобщее внимание, нужны такие вот волнительные собрания, где сверх наших надежд, осторожностей, утаиваний, унижений противников и нашей воли, “Рисале-и Нур” открыто преподаёт свой урок и друзьям, и врагам. Не стесняясь показывает свои самые скрытые тайны даже самым далёким от него людям. И поскольку истина такова, то мы, считая наши маленькие неприятности подобными некому горькому лекарству – хинину – должны проявлять терпение и благодарить Создателя, говоря “Что ж, и это тоже пройдёт”.

Во-вторых, начальнику этого “Медресе Юсуфа” я написал, что когда я был в плену в России, большевистская буря, произошедшая там, в первую очередь началась с тюрем. Также и Великая Французская Революция тоже вышла из тюрем и из среды узников, называемых в истории “бродягами”. Основываясь на этом, мы, ученики “Рисале-и Нур”, по возможности, старались и стараемся исправить заключенных и здесь, и в Эскишехире, и в Денизли. И в Эскишехире, и в Денизли польза этого полностью проявилась. Здесь же это будет ещё полезнее, потому что в таком “щекотливом” положении и времени, благодаря урокам “Рисале-и Нур” прошедшая маленькая буря (Прим.) уменьшилась в сто раз. Иначе же вредные иностранные течения, пользующиеся разногласиями и подобными инцидентами и выжидающие удобного момента, “подлили бы масла в огонь” и раздули большой пожар.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные, несокрушимые и, устав от томлений, не отходящие от нас братья!

Сегодня, когда из-за духовных и материальных мучений я переживал за вас, вдруг на сердце пришло следующее: если бы для того, чтобы повидаться со мной и находящимися здесь моими братьями вам пришлось перенести в десять раз большие трудности, то все равно это бы стоило того. И подобно тому, как в старые времена люди истины собирались вместе по крайней мере один-два раза в год, так и ученикам Нура для того, чтобы высказаться от имени духовной личности всех учеников, потребовалось раз в несколько лет собраться в “Медресе Юсуфа” – в месте, самом соответствующем богобоязненному характеру “Рисале-и Нур” и его принципу преподавания урока всем без исключения: и самым нуждающимся, и даже противникам. И не важно, если этому будут мешать даже тысячи томлений и трудностей. Если во время наших старых заключений несколько слабых братьев устали и вышли из этого “круга Света”, то это стало для них очень большим убытком, для “Рисале-и Нур” же не нанесло никакого вреда. Вместо них появились более крепкие и искренние ученики. Поскольку испытания этого мира временны, то они быстро проходят. Свои награды и плоды оставляют нам. Мы же, положившись на покровительство Всевышнего, должны терпеливо благодарить Его.

Саид Нурси

* * *


Примечание: Под этой бурей подразумевается бунт в Афьёнской тюрьме, в который не вмешивался ни один ученик “Рисале-и Нур”.

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья! Мои товарищи по уроку в этом “Медресе Юсуфа”!

Эта наступающая “Ночь Бараат” является некой святой косточкой всего года и некой разновидностью программы человеческой судьбы, и в этом отношении она имеет святость “Ночи Могущества (Ляйлятуль-Кадр)”. Награда за каждое благодеяние и за каждую букву Корана в “Ночь Могущества” возрастает в тридцать тысяч раз, а в “Ночь Бараат” – в двадцать тысяч. Если в другое время награда равна десяти, то в течении трёх священных месяцев она возрастает до ста и до тысячи. В эти же славные святые ночи она достигает десяти, двадцати и тридцати тысяч. Эти ночи могут обратиться в некое пятидесятилетнее поклонение. Поэтому очень полезно, насколько это возможно, заниматься чтением Корана, салаватов и принесением покаяния (истигфаром).

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

От всей души поздравляем вас с наступлением Благородного Рамадана. Да сделает Всевышний “Ночь Могущества” (Ляйлятуль-Кадр) этого благословенного месяца для всех вас более благостной, чем тысяча месяцев, амин. И да примет Он её в виде восьмидесяти лет приемлемой Им жизни, амин.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные, несокрушимые, не беспокоящиеся, не возвращающиеся к бренному миру, оставив свою вечную жизнь, братья!

Не огорчайтесь из-за того, что хотят в некоторой степени расширить наше дело и придётся ещё немного остаться здесь. Наоборот, будьте довольны, подобно мне. Поскольку жизнь не стоит на месте, а бежит к гибели, то в таких вот мучительных местах она увековечивается плодами Иного мира. И расширяется круг урока “Нура”. Например, ходжи из числа экспертов становятся вынуждены с полным вниманием прочесть “Сираджуннур”. И если мы сейчас выйдем, то есть вероятность, что нашему служению вере в некотором отношении будет нанесён ущерб. Несмотря на то, что я лично намного больше вас переношу трудности, выходить не хочу. И вы тоже, насколько это возможно, постарайтесь привыкнуть к терпению, выдержке и к этому образу жизни, и ищите утешение в переписывании и чтении “Рисале-и Нур”.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

……………………………………………………………………

Во-вторых. Поскольку некоторые невнимательные люди не понимают смысла многократно повторяемых нами слов: “Рисале-и Нур – это очень сильное, истинное толкование Корана”, – то я получил некое напоминание об изложении одной истины. Эта истина такова:

Толкования (тафсир) делятся на два вида:

Первый. Это всем известные толкования, которые излагают, объясняют и доказывают выражения, слова и предложения Корана.

Второй же вид, мощными аргументами излагает, доказывает и объясняет содержащиеся в Коране истины веры. Этот вид имеет очень большую важность. Общеизвестные поверхностные толкования порой содержат эту часть в неком сжатом виде. Однако “Рисале-и Нур” берет за основу непосредственно этот второй вид и является неким смысловым толкованием (тафсиром), которое бесподобным образом заставляет замолчать упрямых философов.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

С одной серьёзной стороны мне был задан серьёзный и глубокий по смыслу вопрос. У меня спросили: “Вы не являетесь организацией и три суда вас в этом отношении оправдали, а также это подтвердили власти шести вилайетов тем, что они следили за вами в течении двадцати лет и не трогали вас по этому вопросу, но при этом у учеников Нура есть такая необыкновенная связь, какой нет ни в одной организации и ни в одном комитете. Желаем объяснения этой загадки”.

Я же в ответ сказал: “Да, ученики Нура – не являются какой-либо организацией и особенно каким-либо сообществом или комитетом, организованным из политических, мирских, оппозиционных или личных соображений, и быть таковыми они не могут. Однако потомки прежних героев этой страны – миллионов патриотов Ислама, с радостью жертвовавших своими душами ради обретения степени шахидов – эти их сыновья и дочери унаследовали тот самоотверженный нрав, который заставляет их проявлять такую необыкновенную связь и который в Денизлинском суде этого их бессильного и бедного брата побудил сказать в отношении них: “За истину, ради которой пожертвовали головами миллионы героев, пусть будут отданы и наши головы!” – что было сказано от их имени и заставило суд одобрительно и удивлённо замолчать. Значит среди учеников Нура есть такие настоящие, искренние, ищущие лишь довольства Всевышнего и счастья Иного мира, позитивные патриоты, что такие ужасные комитеты, как масоны, коммунисты, разлагатели общества, атеисты, еретики и ташнаки, не найдя против них никакого средства, желают их сломать и разбить с помощью “резиновых” законов, вводя в заблуждение власти и правосудия. Иншааллах, ничего сделать они не смогут. Скорее, наоборот, станут причиной увеличения патриотов “Нура” и веры”.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Изложу вам ответ на один вопрос, имевший место сорок лет назад и похожий на тот, что был задан вчера. В те старые времена ученики “Прежнего Саида” вместе со своим учителем имели между собой сильную связь, доходившую до степени самоотверженности, а потому “Прежний Саид” противостоял функционировавшим тогда в стороне Вана и Битлиса Ташнакским патриотам из Армянского комитета и в некоторой степени останавливал их. Однажды он раздобыл для своих учеников винтовки “маузер” и в его медресе, словно в солдатской казарме, винтовки стояли рядом с книгами. В это время туда пришёл один генерал, увидел это и сказал: “Это не медресе, а казарма”. В связи с Битлисскими событиями он решил перестраховаться и приказал забрать у нас оружие. Тогда у нас изъяли пятнадцать винтовок. Через месяц-два вспыхнула Мировая Война. Я взял свои винтовки обратно…

В общем, как бы там ни было, в связи с тем положением у меня спросили: “Армянский комитет, в котором есть страшные патриоты, вас боится. И, когда вы поднимаетесь на гору Эрек в Ване, эти их патриоты, опасаясь вас, рассеиваются и уходят в другие места. Интересно, какая у вас есть сила, что так происходит?”

Я же в ответ сказал: “Поскольку из-за тленной мирской жизни, ради временного благополучия крохотного противодействующего народа, эти армянские патриоты, стоящие против нас, проявляют такую необыкновенную самоотверженность. То, конечно, ученики, старающиеся ради вечной жизни и созидательной пользы очень большой святой исламской нации и убеждённые в том, что “смерть – одна”, от тех патриотов не отстанут (Прим.). Если понадобится, то эту несомненную смерть и несколько сомнительных лет внешней жизни они с гордостью и без колебаний потратят ради миллионов лет жизни вечной и благополучия миллиардов своих единоверцев”.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные, верные и милосердные братья!

Вот уже два дня, как моя голова и нервы страдают от сильного насморка. В этом состоянии, когда я в некоторой степени нуждался во встрече с друзьями, дабы получить от них утешение и общение, эта поразительная изоляция и ужас одиночества сдавили мне грудь. Тогда в сердце возникла некая жалоба: “Почему происходят эти мучения, какова их польза для нашего служения?”


Примечание: От имени братьев я скромно хочу сказать, что если понадобится, то, иншааллах, мы намного опередим их. Мы докажем, что являемся наследниками наших предков как в религии, так и в героизме.

Вдруг, сегодня утром моему сердцу было напомнено: “Для вашего искреннего служения, ведущегося только лишь ради правды и истины, есть очень большая необходимость в том, чтобы вы прошли через это суровое испытание; чтобы досконально проверить вас: “Золото вы или медь?” – и поставить пробу; чтобы со всех сторон испытать вас бессовестной несправедливостью и, чтобы просеять вас через три-четыре сита, дабы стало ясно “нет ли у вас примеси и коварства ваших нафсов?”. И поэтому Божественное предопределение и милость Всевышнего позволяют этому быть. Потому что, по причине обнародования в условиях такого испытания, перед такими упрямыми, пристрастными и бессовестными противниками, каждый понял, что это служение в полной искренности исходит от правды и истины, и здесь нет никаких примесей хитрости, тщеславия, корысти и никаких ни мирских, ни потусторонних, ни личных выгод. Если бы это (служение) осталось за завесами, то ему могли бы приписать много разных домыслов. И уже простой верующий не был бы уверен и сказал бы: “Может нас вводят в заблуждение”. Также и учёные проявляли бы сомнение думая, что “может они это делают дабы набить себе цену и заработать доверие, подобно некоторым обладателям степеней”, – и не прониклись бы полным убеждением. Теперь же, после испытания, даже самый упрямый сомневающийся вынужден признать… Трудность у нас одна, выгод же тысяча!” Иншааллах…

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых, я должен рассказать о принятых мерах в отношении меня во время двух моих поучительных и удивительных неволь. Итак:

В России, в Костроме мы вместе с девятью десятками пленных офицеров находились в одном помещении. Время от времени я давал для этих офицеров урок. Однажды пришёл один русский военный начальник, увидел это и сказал: “Этот курд, будучи командиром добровольческого полка, зарубил многих наших солдат. А сейчас здесь ведёт политические занятия. Я запрещаю, больше никаких уроков!” Через два дня он снова пришёл и сказал: “Раз ваши занятия не политические, а религиозные и нравственные, то продолжай свои уроки”, – тем самым снова дал разрешение.

В моём втором плену, когда я нахожусь в этой тюрьме, чиновники юстиции запретили приходить ко мне, находящимся в этой же тюрьме помощникам, служащим мне в необходимых делах, и одному моему близкому брату, который уже двадцать лет слушает мои уроки и сам даёт их лучше меня, лишь бы они не получали от меня уроки. Между тем, “Рисале-и Нур” не оставил нужды ни в каких других уроках, и у нас не осталось больше ни одного урока и ни одной скрытой тайны… Одно положение послужило причиной того, что я сократил этот длинный рассказ.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Истинное утешение, сведшее на нет мои томительные несчастья.

Первое. Трудности для нас обращаются в милость.

Второе. Счастье заключается в согласии со справедливостью Предопределения и в покорности ему.

Третье. Сущность особой милости в отношении учеников Нура приносит радость.

Четвёртое. Поскольку (мучения) являются преходящими, то в их исчезновении имеется наслаждение.

Пятое. Серьёзные награды Иного мира.

Шестое. Невмешательство в дела Всевышнего.

Седьмое. Самые маленькие трудности и самые лёгкие раны, полученные при самом страшном нападении…

Восьмое. Намного более лёгкое положение в сравнении с другими несчастными.

Девятое. Радость от воздействия громких объявлений, становящихся результатом суровых испытаний в служении “Нуру” и вере.

Эти девять духовных радостей представляют собой такую успокаивающую мазь и такое сладкое лекарство, что описать не возможно. Они облегчают наши тяжёлые муки.

Саид Нурси

* * *

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого!”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых, во времена деспотичных кабинетов, запрещающих Хадж и выливающих воду Замзама, позволяющих удвоенную несправедливость в отношении нас, не придающих значения конфискации таких книг, как “Зульфикар” и “Сираджуннур” и, повышая чиновников, пристрастно и незаконно притесняющих нас, не слышащих громкого угнетённого плача из наших домов и нашего голоса, самым удобным местом является тюрьма. Только лишь, если бы мы ещё были переведены в другую тюрьму, то было бы и вовсе отлично.

Во-вторых, подобно тому, как они насильно заставляют читать наши самые личные брошюры самых посторонних людей, также насильно они вынуждают нас организовать и некое сообщество. Между тем, мы не ощущаем никакой нужды в каком-либо сообществе или комитете. Потому что исламское братство единого общества всех верующих весьма искренне и самоотверженно получило развитие среди учеников Нура, а также эти ученики с некой горячей преданностью, унаследованной от миллионов своих героических предков, ухватились за истину, ради которой те их былые предки в совершенной радости жертвовали своими душами, что до сих пор не оставляло нужды ни в каких официальных, политических, тайных или явных сообществах и комитетах. Значит, сейчас появилась некая нужда, раз Божественное предопределение заставляет их нападать на нас. Они, приписывая нам некое мнимое сообщество, несправедливо притесняют нас. Предопределение же, со словами: “Почему вы с полной искренностью и солидарностью не стали неким настоящим обществом Аллаха?” – даёт нам пощёчины их руками и проявляет справедливость.

Саид Нурси

* * *

………………………………………………………………………………………

В этот раз круг нападения весьма широк… Глава правительства и действующий совет министров, под действием страшных подозрений, совершили на нас некую спланированную атаку. Согласно одному полученному мной известию и судя по многим признакам, лживые доносы и интриги скрытых лицемеров, показав нас полностью причастными к организации и даже инициаторами создания комитета по восстановлению халифата и некого тайного сообщества тариката Накши, пробудили у властей в отношении нас большие опасения. И показав в качестве некого доказательства то, что большие сборники “Рисале-и Нур” были изданы в Стамбуле и с большим одобрением распространились в исламском мире, они окончательно напугали власть и бессовестно повернули против нас некоторых завистливых официальных мулл и мнительных чиновников. По их мнению обязательно появится ещё много подтверждений и признаков этого. И они были убеждены, что характер “Прежнего Саида” не выдержит и “наломает дров”. Да вознесётся бесконечная хвала Аллаху, эта беда уменьшилась в тысячу раз. Не смотря на все обыски, не было найдено ни одного признака нашей связи с каким бы то ни было сообществом или комитетом. Да и как найдут, если их нет. Поэтому прокурор был вынужден опуститься до клеветы, придания ложных смыслов и до ничего не значащих приписок, за которые нет никакой ответственности. Поскольку истина такова, то “Рисале-и Нур” и мы на девяносто девять процентов спаслись от беды. А в таком случае мы должны не то что не жаловаться, а с тысячами благодарностей, в терпении, признательности и мольбах ждать полного проявления этой Божественной милости и помощи. И должны, давая утешение, помогать уроками Нура нуждающимся и ищущим их людям, непрестанно входящим в это “медресе” и выходящим из него.

Саид Нурси

* * *