Небольшое примечание из Путеводителя для молодёжи

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Особо нуждающимися в истинном утешении, заложенном в Рисале-и Нур, являются заключенные. Непосредственно это те, кто получил удар молодости и проводят в тюрьме свою светлую и сладкую жизнь. Как в хлебе насущном, они нуждаются в этих истинах.

Да, молодой нрав слушает чувства больше, чем разум. Чувства же и страсти – слепы, и не видят результатов. Предпочитают один грамм сиюминутного наслаждения пудовому удовольствию в будущем. За одну минуту наслаждения местью этот нрав совершает убийство и восемьдесят тысяч часов испытывает муки заключения, или за один час распутного удовольствия (в вопросе чести) тысячи дней переносит тоску тюрьмы и опасений мести врагов, отчего рушится счастье его жизни.

Подобно этому ещё много опасностей подстерегают несчастных молодых, превращая их самый сладкий период жизни в самый горький и огорчительный. Особенно это касается огромного государства на севере(*), которое сотрясает этот век бурями, погнавшись за молодыми страстями. Потому что, разрешает молодым людям, повинующимся невидящим результата слепым чувствам, посягать на честь красивых дочерей и жён порядочных людей. Даже поощряет это распутство, позволив посещать бани мужчинам и женщинам вместе, в обнажённом виде. К тому же разрешает бродягам и нищим посягать на имущество богатых. Да, так что все человечество дрожит перед этой бедой.

Таким образом, в наше время молодым мусульманам мира и Турции необходимо, действуя героически, такими острыми мечами как “Плоды веры” и “Путеводитель для молодежи” из Рисале-и Нур, противостоять этой опасности нападающей с двух сторон. Иначе же этот несчастный юноша уничтожит и своё мирское будущее, и свою счастливую жизнь, и счастье Иного мира, и свою вечную жизнь, превратив их в наказание и муки. Из-за злоупотреблений и распутства окажется в больницах, а из-за необузданности чувств будет брошен в тюрьмы. В старости же заплачет горькими слезами, вздыхая и сожалея.


* Имеется в виду Россия времен большевистского переворота 1917 года. (прим. пер).

Если убережёт себя следуя воспитанию благонравия, полученному путем изучения Корана и истин, изложенных в “Рисале-и Нур”, то выйдет настоящим молодым героем, совершенно идеальным человеком и счастливым мусульманином. А также станет правителем-султаном для остальных обитателей животного мира и обладателей жизни.

Да, если юноша оказавшийся в тюрьме посвятит один-единственный час своей каждодневной двадцатичетырехчасовой жизни пятикратному обязательному намазу, и поскольку стены тюрьмы являются препятствием для совершения большинства грехов, а также если он, раскаявшись в ошибках ставших причиной этой беды, отстранится от других вредных и мучительных грехов, то принесет и для своей жизни, и для своего будущего, и для своей родины, и для своего народа, и для своих родных великую пользу. А также благодаря десяти-пятнадцати годам тленной молодости получит возможность заработать вечную светлую молодость, о чём, твёрдо свидетельствуя, дают радостную весть все небесные книги и свитки во главе с Кораном-Превосходно Повествующим.

Да, действительно, если проявить благодарность Всевышнему, даровавшему эту сладкую и прекрасную молодость, показав верность в служении и повиновении, тогда этот дар и увеличится, и увековечится, и станет ещё более насладительным. Иначе эта молодость обрушит на голову много бед, и будет мучительным, горестным и кошмарным. Так и пройдёт. И будет причиной того, что этот человек по отношению к своим родным и близким, родине и народу, превратится во вредоносного проходимца.

И при условии исполнения обязательного пятикратного намаза, каждый час заключенного, несправедливо лишенного свободы, будет считаться целым днем, проведенным в поклонении. Тюрьма превратится для него в уединенную келью, и он присоединится в число тех искренних вероисповедователей, которые в прошлые времена, уходя в пещеры, уединялись для совершения поклонений.

Если же это нищий и старик, больной и нуждающийся в истинах веры человек, то с условием исполнения обязательного поклонения (фарз), и с условием раскаяния, каждый его час станет двадцатью часами поклонения, тюрьма же станет для него неким местом отдыха, а для его друзей с состраданием присматривающих за ним – неким местом дружбы, местом воспитания и школой. Возможно ему будет гораздо приятнее находиться в тюрьме, нежели пребывать на свободе, будучи обузданным в мирской суматохе и подвергнутым натиску грехов, атакующих со всех сторон. В тюрьме он получает полное воспитание, а когда освободится, то выйдет не каким-нибудь убийцей, жаждущим мести, а раскаявшимся, воспитанным и полезным для народа человеком. Даже некоторые исполнители из начальства тюрьмы города Денизли, увидев тех, кто в течение короткого времени получил прекрасные уроки благонравия из Рисале-и Нур, выразили следующее мнение:

Достаточно лишь пятнадцать недель уроков Рисале-и Нур, для полного перевоспитания, нежели отбывать в тюрьме пятнадцатилетнего наказания.”

Поскольку смерть не умирает и время ее прихода скрыто, она может прийти в любое время, и поскольку могила не закрывается, караван за караваном все приходящие, входя туда, теряются из виду, и потому как смерть для верующих превращается из вечной казни в документ об освобождении, что видно из истин Корана и для заблудших, и распутных она – некая вечная казнь, подобная тому, что происходит с ними внешне, некая вечная разлука со всеми любимыми, со всеми существами. Безусловно, не остаётся никаких сомнений, что: «Самым счастливым является тот, кто в терпении благодарит и, полностью воспользуясь сроком заключения беря уроки «Света» старается в кругу поклонения служить вере и Корану.

О человек, охваченный удовольствиями и наслаждениями! В свои семьдесят пять лет через тысячи испытаний, доказательств и происшествий я осмыслил, что:

Настоящее удовольствие и наслаждение, не содержащее мучений, и радость без примесей грусти, и счастье жизни находятся только в вере и в кругу истин веры. Иначе в одном мирском наслаждении содержится множество мучений. Всё равно, что накормив одной изюминкой, оно даёт десять пощёчин и похищает наслаждение жизни.

О несчастные, попавшие в беду заключения!.. Поскольку ваш мир находится в плачевном состоянии, а ваша жизнь утомлена, приложите усилия для того, чтобы не заплакал ваш потусторонний мир. Воспользуйтесь заключением в тюрьме, чтобы заулыбалась и стала насладительной ваша вечная жизнь. Подобно тому, как в тяжёлых условиях под угрозой нападения врагов, один час, проведённый на заставе, оборачивается целым годом, проведённым в поклонении. Также и каждый час тягот вашего поклонения в этих тяжёлых условиях становясь многими часами, превращает для вас эти трудности в милость.

***

Мои дорогие, преданные братья!

Я вам не соболезную, а наоборот, поздравляю! Поскольку Божественное предопределение нас для некой мудрости направило в это третье “Медресе Юсуфа”, и здесь мы будем накормлены частью предопределённого нам пропитания и это пропитание позвало нас сюда и поскольку, как показывает твёрдый опыт, Божественная помощь удостоила нас смысла аята:

عَسٰٓى اَنْ تَكْرَهُوا شَيْئًا وَهُوَ خَيْرٌ لَكُمْ

Может быть, вы ненавидите что-нибудь, а оно для вас благо” (Коран 2:216)

и поскольку наши новые братья, находящиеся в “Медресе Юсуфа”, больше всех нуждаются в утешении, находящемся в “Рисале-и Нур”, а у работников юстиции есть большая, чем у других чиновников, нужда в правилах “Нура” и других святых законах, и поскольку книги “Рисале-и Нур” в большом количестве исполняют вашу обязанность на воле и их победы не приостанавливаются и поскольку здесь каждый тленный час становится вечными часами поклонения, то, конечно, мы – по причине вышеперечисленного – должны в полном терпении и стойкости радостно благодарить за произошедшее с нами. Все небольшие письма, написанные нами для утешения в Денизлинской тюрьме, я в том же виде повторяю для вас. Иншааллах, те правдивые строки послужат утешением и вам.

***

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых. Бесконечно благодарю Всевышнего за то, что духовные герои появились среди истинных правообладателей “Рисале-и Нур” – среди муфтиев, проповедников, имамов и учителей религии. До сих пор среди героев “Нура” была лишь молодёжь, учащиеся и преподаватели. Да благословит Аллах Эдхема Ибрагима, Али Османа, и их товарищей, которые осветили лица учителей медресе и их страх превратили в смелость.

Во-вторых. Пусть они не расстраиваются от этих результатов, к которым привела их чистосердечная деятельность и взволнованность. Потому что Денизлинский арест, в результатном отношении, поздравил тех, кто действовал неосторожно. Весьма маленькие трудности принесли очень большую духовную пользу. Иншааллах, это третье “Медресе Юсуфа” от второго не отстанет.

В-третьих. В том отношении, что саваб (награда) увеличивается по степени трудности, мы должны благодарит Аллаха за это наше тяжёлое положение. Нашу обязанность, коей является служение вере, мы должны исполнять искренне. И не должны вмешиваться в ту сторону, которая касается успеха и благих результатов, которая является обязанностью Аллаха. Со словами:

خَيْرُ الْاُمُورِ اَحْمَزُهَا

Самое благое из дел – самое трудное и тяжёлое” (Хадис: Кашф’уль Хафа 1:155)

– мы должны терпеливо благодарить за томление в этих кельях. И должны понять, что это является признаком приемлемости наших благодеяний и знаком получения нами настоящего свидетельства о сдаче экзамена нашей святой борьбы.

***

Одно внешне неважное, однако, на мой взгляд, имеющее большую важность моё прошение к управлению тюрьмы во главе с её начальником

Моя жизнь, в течении последних двадцати двух лет прошедшая в полной изоляции, и моё семидесятилетнее тело не переносят прививок. Даже много лет назад мне сделали прививку, которая уже двадцать лет гноится. Она превратилась в некий хронический яд. Два доктора и мои друзья в Эмирдаге об этом знают. И четыре года назад, в Денизли, мне вместе со всеми заключёнными сделали прививку. Хотя никому не было никакого вреда, я проболел двадцать дней. Аллах сохранил меня от того, чтобы я оказался вынужденным пойти в больницу, опасную для меня. Мой организм абсолютно не приемлет прививок. И причина моя очень уважительная; и, поскольку я в свои семьдесят пять лет являюсь очень слабым, то могу перенести лишь детскую прививку. И, поскольку я постоянно нахожусь в полной изоляции, то ни с кем не контактирую. И месяц назад губернатор отправил в Эмирдаг двух врачей, которые меня полностью обследовали. Никакой инфекционной болезни не обнаружили, лишь нашли, что я очень ослаблен, изолирован, стар и страдаю от рези. Конечно, это положение, по закону, не принуждает меня прививать.

И ещё у меня есть большая просьба: не отправляйте меня в больницу. Не принуждайте меня к тому, чего я всю свою жизнь, особенно последние двадцать два года полной изоляции не мог переносить. То есть к тому, чтобы находиться под властью незнакомых мне санитаров. Вообще, из-за всего этого я начинаю думать, что лучше бы мне уйти в могилу. Однако, поскольку я увидел человечное отношение от управления этой тюрьмы и утешение от узников, то пока предпочитаю могиле тюрьму.

***

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых, из-за притеснений и несправедливостей, совершаемых в отношении меня, не огорчайтесь. Потому что они не могут найти ошибки в “Рисале-и Нур” и вместо него занимаются моей маловажной и имеющей много недостатков личностью. Я этим доволен. Если для благополучия и почёта “Рисале-и Нур” я перенесу тысячи личных мучений, несчастий и оскорблений, то все равно считаю себя обязанным гордо возносить благодарность Всевышнему, что является необходимым следствием урока, полученного мной от “Рисале-и Нур”. А потому вы в этом отношении за меня не переживайте.

Во-вторых, эти весьма обширные, суровые и безжалостные атаки и нападения сейчас уменьшились в двадцать раз. Вместо тысяч близких учеников и сотен тысяч связанных с нами людей были арестованы несколько новых наших братьев. Значит, с помощью Аллаха, все обошлось легко.

В-третьих, По милости Всевышнего, прежний губернатор, который два года проворачивал против нас разные планы, исчез. И есть большая вероятность, что министр внутренних дел, чрезмерно подверженный внушаемым ему на счёт нас опасениям, по причине землячества и большой религиозности его предков, весьма облегчит эту страшную атаку. Поэтому не отчаивайтесь и не беспокойтесь.

В-четвёртых, на основании многих опытов и происшествий, в неком убедительном виде можно сказать, что вместе с плачем “Рисале-и Нур” либо дрожит земля, либо плачет воздух. Как мы много раз видели своими глазами и частью даже доказали в суде, эта зима также, в начале, необыкновенным образом улыбалась, подобно весне, что совпало с улыбкой “Рисале-и Нур”, подпольно распространяемого с помощью множительной техники, и когда он заплакал при застое из-за опасений от повсеместных обысков и конфискаций, вдруг в то же время зима тоже показала страшную суровость и заплакала. Все это, по моему мнению, является сильным признаком того, что (Рисале-и Нур) представляет собой некое яркое чудо истин Корана этого века, с которым связаны земля и вселенная…

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья!

Сегодня вдруг мне на ум пришла следующая мысль: вместо того, чтобы выражать соболезнования, поздравь тех, кто в связи с “Рисале-и Нур” по Божественному предопределению и по направлению пропитания вошёл в это “Медресе Юсуфа”. Потому что большинство из них пришли сюда вместо двадцати-тридцати, а может и сотни, а возможно тысячи невинных братьев, чем в некоторой степени спасли их от трудностей. И вместе с тем, что ваше служение вере с “Рисале-и Нур” продолжается, каждый из вас словно за короткое время совершил большую службу… некоторые словно за десять лет проделали столетнюю работу. И, находясь на испытании в этом новом медресе Юсуфа, они входят в эту трудную борьбу для того, чтобы делом внести свой вклад в обретение его обширных и всецелых ценных результатов. И легко увидевшись со своими искренними и верными братьями, которых они желали повидать, получают друг от друга волнительный урок. И поскольку время покоя в этом мире непостоянно и уходит попусту, то, конечно, те, кто с такими малыми трудностями получают такую большую прибыль, достойны поздравлений.

Мои братья, эта обширная атака направлена против побед “Рисале-и Нур”. Однако, они поняли, что чем больше мешать “Нуру”, тем сильнее он сияет, его круг расширяется, обретает значительность и победить его уже не возможно. Он может зайти лишь под завесу: Скрытое свечение”. Поэтому они изменили свои планы и внешне к “Рисале-и Нур” не придираются. Поскольку мы находимся под благосклонностью (Аллаха), то, конечно, должны терпеливо благодарить (Его).

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Настала необходимость изложить два моих необычных и приятных состояния.

Первое. Мне пришло на сердце следующее: в том, что я, находясь в полной изоляции, не могу свободно видеться со своими братьями, любимыми мною больше самого себя, имеется некая Божественная милость и польза. Потому что многие мои братья по вечной жизни, которые, потратив пятьдесят лир, приезжали в Эмирдаг для встречи со мной и в результате видели меня лишь пятьдесят минут, некоторые – десять, а некоторые и вовсе возвращались, не повидавшись, теперь по разным мотивам постарались бы оказаться в этом “Медресе Юсуфа”. Но если даже и позволит нехватка времени и моё духовное состояние, идущее от изоляции, однако служение “Нура” не дало бы мне как следует побеседовать с теми самоотверженными друзьями.

Второе. Однажды в военное время, участвующие на войне на разных участках фронта видели одного известного ученого Ислама. У него спросили об этом… Он же сказал: “Для того, чтобы заработать для меня саваб и дать возможность верующим людям воспользоваться моими уроками, некоторые аулия (святые) в моем облике делали это вместо меня”. И точно подобно этому произошло то, что в Денизли меня видели в мечетях и даже сообщили об этом официально, и это дошло до начальника тюрьмы и охраны. И некоторые с опаской заговорили: “Кто же открывает ему ворота тюрьмы?” И также точно происходит и здесь. Однако вместо таких мелких чудес, приписываемых моей ущербной и неважной личности, сборник “Сикке-и Гайби”, доказавший чудесность “Рисале-и Нур”, стократно или даже тысячекратно больше зарабатывает доверие к этим книгам и ставит подпись под их приемлемостью (перед Аллахом). И особенно, своими поистине необыкновенными состояниями и перьями под этим ставят свои подписи героические ученики “Рисале-и Нур”.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья!

За меня не переживайте, я доволен, рад и счастлив, что нахожусь в одном здании с вами.

Теперь наша обязанность такая: Один экземпляр защиты пусть будет отправлен в Испарту. Если это возможно, то пусть будет сделано двадцать экземпляров новыми буквами и на машине – старыми. И один из них надо показать даже прокурору Испарты. Также один экземпляр нужно отдать лично нашему адвокату, а другой – начальнику, чтобы он его тоже передал нашему защитнику. И в Анкару нужно тоже отправить, как в Денизли, и новыми, и старыми буквами. По возможности нужно подготовить пять экземпляров для инстанций. Потому что изъятые книги, написанные старыми буквами, были направлены в те инстанции, особенно в комиссию Управления по делам религии, а затем пришли сюда. А также нашему адвокату Ахмет Бею сообщите, чтобы при печатании защиты на машинке он очень следил за правильностью. Потому что моё изложение на другое не похоже. Ошибившись в одной букве, а порой даже в точке, меняется какой-либо акцент, и портится смысл. И если вам не дадут разрешение на две пришедшие сюда машинки, то пусть они будут отправлены назад. И не переживайте, не тоскуйте и не отчаивайтесь, по смыслу аята:

 اِنَّ مَعَ الْعُسْرِ يُسْرًا

Поистине, с тягостью лёгкость” (Коран 94:6)

– иншааллах, милость Аллаха быстро придёт к нам на помощь.

***

Мои дорогие, преданные братья!

“Рисале-и Нур” видится с вами вместо меня; новым нашим братьям, желающим урока, преподаёт его в прекрасном виде. Проверено, что чтение “Рисале-и Нур” или его преподавание, или же переписывание, несут сердцу радость, душе – покой, наделу – благодать, а телу – здоровье. Сейчас вам подарен такой герой Нура как Хусрев. Иншааллах, это “Медресе Юсуфа” тоже станет некой благословенной аудиторией “Медресетуз-Зехра”. До сих пор я не показывал Хусрева мирским людям, скрывал его. Однако издаваемые сборники полностью выставили его на обозрение политиков, не оставили ничего скрытого. Поэтому я показал две-три его службы близким братьям. И я, и он, если понадобится, будем не скрывать, а излагать истину так, как есть. Однако сейчас среди слушающих истину против нас появились два страшных упрямца – один в Эмирдаге, другой здесь – которые в пользу неверия и коммунизма очень коварно пытаются разной клеветой настроить против нас чиновников. Поэтому сейчас нам необходимо, сильно проявлять осторожность, не беспокоиться и с упованием ждать прихода нам на помощь милости Всевышнего.

***

О мои братья по заключению и братья по Вере!

Хочу изложить истину, спасающую от наказания как в этом мире, так и на том свете. Это предупреждение пришло мне на сердце. Эта истина такова:

Например, кто-то убил чьего-то брата или родственника. Убийство, которое принесло одну минуту наслаждения, полученного от возмездия, также принесло за собой миллионы минут душевного угнетения и тюремного заключения. Даже родственники убитого теряют удовольствие жизни и умиротворение, с тревогой думая о мести и существовании врагов. Этого убийцу угнетает страх и чувство гнева. Из этой ситуации есть лишь один выход. И это то, о чём повелевает Коран, и то, чего требуют и поощряют истина, справедливость, благополучие и человечность. А также согласие и перемирие, требуемые и поощряемые Исламом.

Да, истина и благополучие – в мирном сосуществовании. Поскольку смерть одна, и она не откладывается, в любом случае тот убитый, поскольку его время пришло, больше не мог бы оставаться на этом свете. Тот убийца же по Божественному предопределению стал средством этого убийства.

Если примирения не произойдёт, обе стороны будут вынуждены постоянно нести наказание страхом и местью. Поэтому ислам повелевает: “Верующий не должен держать обиду на другого верующего более трех дней”. Если же это убийство произошло не от враждебности и не от злобной неприязни, а стало следствием коварства какого-либо лицемера, то необходимо примириться как можно быстрее, иначе же эта отдельная беда возрастёт и получит продолжение.

Если же они перейдут к перемирию, и убивший покается и постоянно будет молиться за убитого, тогда каждая из тех двух сторон приобретёт много благ и они станут братьями друг другу. Вместо одного ушедшего брата получат нескольких братьев по вере. Смирившись с судьбой и Божественным предопределением, простят своего врага. И особенно, если они слушали уроки Рисале-и Нур, то конечно мир, общественное и личное спокойствие и братство в кругу Нура требуют оставить все находящиеся между ними обиды.

Подобно тому, как в тюрьме Денизли все заключенные, бывшие врагами, слушая уроки Нура стали братьями. Что стало одной из причин нашего оправдания, и даже неверующих и разных проходимцев заставило сказать об этих узниках: “Машааллах, Баракаллах!”. Те же узники смогли полностью перевести дыхание.

И как я заметил, из-за одного человека сотня людей испытывают неприятность, не выходят вместе на прогулку, что становится насилием над ними.

Благородный и совестливый верующий не причинит вред множеству верующим ради некой выгоды и из-за небольшой, незначительной ошибки. Если совершит ошибку и нанесёт вред, то необходимо быстро раскаяться.

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Ценной радостной вестью Сейида из Бартына, Хусрева и Хыфзы я поздравляю и радую и себя, и “Рисале-и Нур”, и вас. Да, ушедшие в этом году в хадж увидели, что большие ученые Досточтимой Мекки переводят и распространяют сильные сборники “Рисале-и Нур” на арабском и индийском языках, а также в Пресветлой Медине их приняли настолько, что поставили на могиле Пророка. Хаджи Сейид своими глазами видел там сборник “Посох Мусы”. Значит он принят Пророком (Мир Ему и Благо) и Он им доволен. И по нашему намерению, и как мы сказали отправившимся отсюда паломникам, книги “Рисале-и Нур” посетили те благословенные места вместо нас. Да вознесётся бесконечная хвала Всевышнему… Из весьма многих польз того, что герои Нура распространили в проверенном виде эти сборники, одна польза такова: как они освободили меня от обязанности проверки и беспокойства за неё, так и в отношении того, что эти книги стали своего рода источником для других, написанных от руки экземпляров, они обрели образ сотен проверяющих корректоров. Пусть Всемилостивый и Милосердный Аллах повелит записать в тетради их добрых деяний по тысяче благодеяний за каждую букву тех сборников. Амин. Амин. Амин.

***

Несущий надежду и сбывшийся красивый сон

Али, помошающий мне, пришёл и сказал: “Я видел во сне, что ты вместе с Хусревом поцеловал руку Пророка (Мир Ему и Благо)”. В то же время я получил письмо из которого узнал, что сборник “Посох Мусы”, написанный рукой Хусрева, паломники видели на могиле пророка Мухаммада (Мир Ему и Благо). Значит вместо меня духовную руку Пророка, поцеловал посредством своего пера Хусрев и удостоился довольства Пророка (Мир Ему и Благо).

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья и товарищи по тюрьме!

Во-первых, от того, что мы не видимся физически, не переживайте. Духовно мы видимся постоянно. Какую бы попавшую вам в руки брошюру “Рисале-и Нур” вы ни прочитали или ни послушали, вместо моей неважной личности вы увидите в ней меня в качестве некого служителя Корана и побеседуете со мной в этом качестве. По существу я тоже в своём воображении встречаюсь с вами во всех моих молитвах, в ваших писаниях и связях со мной. И поскольку мы находимся в одном учреждении, то словно мы видимся с вами постоянно.

Во-вторых, в этом новом “Медресе Юсуфа” новым ученикам “Рисале-и Нур” мы говорим: По твёрдым доказательствам, с указаниями Корана, заставившими принять даже экспертов, “верные ученики Нура войдут в могилу с верой”. И со светом благодати духовного сотрудничества “Рисале-и Нур” каждый ученик в соответствии со своей степенью обретает долю в духовных приобретениях и молитвах всех своих братьев. Словно он кается и поклоняется тысячами языков”. Два этих полезных результата опускают в ничто все тяготы и тоску этого удивительного времени, своим преданным покупателям очень дёшево вручают две такие ценные выгоды.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

В Афьёнской защитительной речи имеются важные истины, связанные и с нами, и с “Рисале-и Нур”, и с этой страной, и с миром Ислама.

Нужно обязательно сделать ещё пять-десять её экземпляров новыми буквами, дабы отправить их в инстанции Анкары. Освободят нас или накажут – не имеет никакого значения. Сейчас наша обязанность состоит в том, чтобы донести истины, содержащиеся в этой защитительной речи, до властей, до правосудия и народа. Может быть мудрость того, что Божественное предопределение направило нас в эту “школу”, заключается в этом. По возможности нужно срочно напечатать её на машинке. Даже если нас сегодня освободят, все равно мы вынуждены подать её в нужные инстанции. Не нужно обманываться и откладывать это, с нас уже хватит! Пусть это будет нашей последней защитой против этих трёхкратных страшных притеснений, пустых поводов и бесподобных мучений, продолжающихся на протяжении пятнадцати лет в отношении нас по одним и тем же причинам. Поскольку на прошлом суде нам по закону дали для защиты своих прав печатную машинку, то здесь ни по какому закону нас не могут лишить этого права. Если вы не смогли решить этот вопрос официально, то пусть наш адвокат займётся этим в первую очередь и вне тюрьмы сделает пять машинописных копий и внимательно проследит за правильностью.

Саид Нурси

***

Дорогие мои новые братья и старые узники!

Я твёрдо удостоверился в том, что вы явились некой причиной нашего заточения здесь, относительно Божественного покровительства. То есть, Рисале-и Нур, утешая, даёт вам полное успокоение, которое непосредственно исходит из истин веры. Выводит вас из трудностей тюремного заключения и многочисленных мирских бед, неосновательных тревог и тоски по уходу стремительной бесполезной жизни. А также, несмотря на ущерб, нанесённый вашей мирской жизни, спасает от тягот потустороннего мира и препятствует бесполезному уходу из этого мира.

Поскольку истина такова, то конечно и вы подобно узникам Денизлинской тюрьмы и ученикам “Рисале-и Нур”, должны стать друг другу братьями. Вы видите, для того чтобы никто из вас не ударил другого ножом и чтобы вы не нападали друг на друга, проверяются все поступающие к вам извне вещи и продукты, ваш хлеб и похлебка. Преданно служащая вам охрана испытывает многие трудности. Опасаясь того, что вы можете наброситься друг на друга, как хищники или дикари, вас не выводят вместе на прогулку. Итак, теперь это ваши новые братья, имеющие естественный героизм подобный вашему, а в таком случае с великим духовным героизмом, скажите администрации:

“Если нам в руки попадёт не только нож, а даже маузер с револьвером; и даже если нам будет дана власть, мы и тогда не тронем этих наших бедных и таких же, как мы несчастных братьев. Даже если раньше и была стократная вражда и ненависть между нами, сейчас мы прощаем все былое и твёрдо намереваемся впредь не обижать их. Проявить такой поступок нам повелевают наставления и указания Корана, веры, исламского братства и устремления к благополучию” – высказывая эти слова превратите эту тюрьму в благословенное медресе.

***

Мои дорогие, преданные братья!

Подобно тому, как в делах политики, в каком-либо искусстве, обязанности, службе общественной жизни или отдельном виде торговли, мирские люди занимающиеся этим делом собирают некие конгрессы и проводят обмен мнениями, так и ученики “Рисале-и Нур”, находящиеся в святом служении истинной вере, по повелению Божественного предопределения и по направлению и усмотрению благосклонности Аллаха, собрались на конгресс в этом “Медресе Юсуфа”, в чём, Иншаалах, проявятся пожалованные весьма и весьма ценные духовные выгоды и важные результаты. И если у одного отдельного деятеля “Рисале-и Нур”, в одиночку находящегося в неком месте, как у одного “алиф”а, имеется одно значение, то подобно тому, как если этот “алиф”, встав плечом к плечу с другими тремя “алифами”, встретится с ними на деле, и вместе они обретут значение в тысяча сто одиннадцать, также и в этом собрании ценность и, иншааллах, святое служение и награда за него возрастут в тысячу раз… Тот “алиф” превратится в “альфун” (в тысячу).

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Мои окна сегодня забили для того, чтобы я не общался и не обменивался приветствиями с заключенными. Внешне же показали другой повод. Совершенно не беспокойтесь. Занимаясь моей незначительной личностью они не оказывают большого давления на “Рисале-и Нур” и его учеников, и поскольку эти их вероломства в отношении моей личности и мучительные притеснения меня происходят вместо совершения их в отношении “Нура” и вас, то, наоборот, я серьёзно и всем сердцем доволен, терпеливо благодарю Творца и не беспокоюсь. И вы тоже нисколько не огорчайтесь. Я убеждён, в том, что наши скрытые враги привлекли внимание властей к моей личности, имеется благо и милость с точки зрения благополучия “Рисале-и Нур” и его учеников. Пусть некоторые наши братья, гневаясь, не говорят задевающих слов; пусть действуют осторожно, не беспокоятся и не разговаривают на эту тему с кем попало. Потому что есть шпионы, которые находят нужные им смыслы в словах наших наивных братьев и новых братьев, ещё не привыкших к осторожности (ихтияту). Затем раздувают из мухи слона и доносят. Положение у нас сейчас нешуточное, но вместе с этим ничуть не тревожьтесь. Мы находимся под благосклонностью Аллаха и имеем намерение отвечать Ему на все трудности полным терпением и даже благодарностью. Поскольку один грамм тягот приносит в результате целый пуд милости и вознаграждений (Иного мира), то благодарить мы просто обязаны.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Основываясь на двух серьёзных причинах и одном сильном напоминании я сердцем был вынужден оставить все обязанности по защите подвижникам “Нура”, которые пришли и придут сюда. Особенно (Х, Р, Т, Ф, С)(*)

Первая причина. По ходу допросов и ещё по многим признакам я твёрдо понял, что мне стараются создать как можно больше трудностей и при этом избежать того, чтобы я идейно победил их. И на это у них официальное указание. Под разными предлогами препятствуют мне говорить, словно, если я заговорю, то проявлю такую научную и политическую мощь, которые убедят суды и заставят замолчать дипломатов. Даже как-то на допросе, в ответ на один вопрос я сказал: “Не могу припомнить”. На что судья удивлённо произнёс: “Как может что-то забыть такой, как ты, обладатель удивительных, феноменальных знаний и сообразительности?” Они посчитали необыкновенную возвышенность и научные истины “Рисале-и Нур” моими мыслями и ужаснулись. Теперь не хотят давать мне говорить. И думают, будто кто бы ни повидался со мной, тот сразу становится преданным учеником Нура. Поэтому не дают мне ни с кем встречаться. Даже начальник Управления по делам религии, и тот сказал: “Кто с ним повидается, тот привязывается к нему… Чары его сильны”.

Значит, ситуация требует, чтобы я передал своё дело вам. И мои старая и новая защитительные речи, имеющиеся у вас, помогут вам в ваших обсуждениях, их будет достаточно.

Вторая причина. Отложена на другое время. Духовное напоминание же вкратце таково:

На протяжении двадцати пяти лет заставляющие меня отказаться от политики, газет и многих других тленных вещей, запрещающие ими заниматься очень важная потусторонняя обязанность и влиятельное духовное состояние категорически запрещают мне заниматься деталями этого дела. Вы, время от времени советуясь с двумя нашими адвокатами, исполните эту мою обязанность.

***


*  Хусрев, Ревет, Тахири, Фейзи, Сабри.

Мои дорогие, преданные братья!

Сейчас, во время намаза, на сердце мне пришло одно напоминание: Твои братья, из-за чрезмерно хорошего мнения о тебе, ждут от тебя физического и духовного урока, помощи и благосклонности. Подобно тому, как в своих мирских делах ты назначил представителей из наиболее близких к делу людей, передал (вопросы) на их обсуждение и достиг цели; точно также и в делах, касающихся Иного мира, Корана, веры и знаний назначь своими представителями “Рисале-и Нур” и духовную личность его учеников. Духовная личность этих чистосердечных и искренних особенных учеников намного совершеннее тебя исполнит эту твою обязанность, вместе со своими. И до сих пор они постоянно её исполняли. Например, если встречающийся с тобой человек получит лишь некий маленький, временный урок, то из какой-либо части “Рисале-и Нур” он может получить в сто раз больше. Та книга вместо тебя даст ему наставление, с ней он будет вести беседу. И особенные из учеников “Рисале-и Нур” тоже постоянно исполняют эту обязанность. И, иншааллах, их духовная личность, находящаяся на очень высокой степени, и чьи молитвы принимаются, постоянно находится с ними, как некий учитель и помощник. Что утешило мою душу, обрадовало её и успокоило.

***

Мои дорогие, преданные братья!

Два маленьких взрыва, произошедших за эти два дня без всяких внешних причин неким удивительным и многозначительным образом, не похожи на случайность.

Первый: печка в моей камере, сделанная из прочного железа вдруг издала звук, подобный громкому выстрелу из пистолета, и толстое, крепкое железо внизу её взорвалось, подобно бомбе, и развалилось на две части. Испугало Терзи Хамди и удивило нас. Много раз зимой эта печка раскалялась от угля до красна, но выдерживала.

Второй: на другой день в камере Фейзи, без всякой причины, удивительным образом раскололся на части стакан, стоящий над ёмкостью для воды. На ум приходит, что, иншааллах, не повредив нам, экземпляры защитительной речи, отправленные в Анкару, взорвали заложенные против нас страшные бомбы, и безвредно для нас развалилась на части печь гнева, разжигаемая и распаляемая против нас. И ещё есть вероятность, что эта благословенная печка, мой единственный и полезный друг, слушавший мои печали и мольбы, мне сообщила: “Ты выйдешь из этой тюрьмы и из этого узилища, во мне нужды не осталось”…

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Сегодня вместе с одним духовным напоминанием у меня появились какие-то опасения и грусть за вас. В ту минуту, когда я очень запереживал и расстроился за моих братьев, желающих побыстрее выйти и опасающихся за свои средства к существованию, вдруг вместе с одним благим воспоминанием мне на сердце пришла некая истина и радость. А именно: через пять дней наступят три очень благословенных и благодатных для вечной жизни месяца поклонения. Если награда за каждое доброе дело в другое время равна десяти, то во время Благородного Раджаба переходит за сотню, в Великом Шаабане же она больше трёхсот, а в Благословенном Рамадане достигает тысячи, в ночи на пятницу – нескольких тысяч, а в ночь Могущества – тридцати тысяч. И провести в этом, умножающем награду в десять раз, “Медресе Юсуфа” эти три месяца, являющиеся некой святой ярмаркой загробной торговли, дающей заработать очень много потусторонних благ, и некой знаменитой выставкой для людей истины и поклонения, и приобрести за три месяца некую восьмидесятилетнюю жизнь, конечно, является весьма выгодным. Сколько бы ни пришлось перенести трудностей, все они обращаются в милость. Таковым это является в отношении поклонения, и подобно этому, в том, что касается служения “Нура”, тоже – если не по количеству, то по качеству – имеется пятикратный рост. Потому что люди, постоянно входящие в эту гостиницу и выходящие из неё являются средством распространения уроков “Рисале-и Нур”. Порой искренность одного человека приносит пользу двадцати человек. И неважно, если будет немного страданий и трудностей в таком деле, как распространение секрета искренности “Нура” среди бедных заключенных, несущих некий, пропитанный политикой героизм, и очень нуждающихся в утешении “Рисале-и Нур”. Что же касается средств существования, то, поскольку эти три месяца являются ярмаркой вечной жизни, и так как каждый из вас попал сюда вместо многих учеников, а некоторые даже вместо тысячи человек, то, конечно, ваши дела на свободе не останутся без поддержки, – и с этими словами я полностью успокоился и понял, что оставаться здесь до праздника является большим счастьем.

Саид Нурси

***

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых, от всей души поздравляем вас с наступлением Благородного Раджаба и завтрашней ночи Рагаиб.

Во-вторых, не отчаивайтесь, не беспокойтесь и не переживайте, иншааллах, благосклонность Всевышнего подоспеет нам на помощь. Бомба, приготовленная против нас три месяца назад, взорвалась. Весть, о которой сообщили моя печка, стакан Фейзи и два стакана Хусрева, оказалась верной. Однако взрыв оказался не страшным, а лёгким. Даст Аллах, тот огонь полностью потухнет. Все их атаки ведутся для того, чтобы сгноить мою личность и внести беспорядок в победы “Нура”. Удар, который они изо всех сил хотели нам нанести вместе с Эмирдагскими сторонником нововведений полумуллой и одним человеком, более вредоносным, чем известные лицемеры, служащим инструментом в руках скрытых безбожников, ослабился в двадцать раз. Иншааллах, и оставшаяся часть тоже нам не повредит и не ранит, и их планы о том, чтобы отбить нас друг от друга и от “Рисале-и Нур”, останутся неисполненными. Из уважения к этим трём благословенным месяцам и полагаясь на ту весьма великую награду, которую они дают обрести, нам нужно, и мы обязаны в терпении и стойкости благодарить Всевышнего, уповать на Него и покорится правилу:

مَنْ اٰمَنَ بِالْقَدَرِ اَمِنَ مِنَ الْكَدَرِ

Кто уверовал в судьбу, тот избавился от печали”

Саид Нурси

***

Премьер министру, Министерству юстиции и Министерству внутренних дел (*)

Все государственные деятели, прошедшие через такие преобразования, как объявление независимости, Первая Мировая Война, перемирие, первое формирование национального правительства и республиканское правление, меня очень хорошо знают. Вместе с этим, с вашего позволения, проведём взглядом, словно по кадрам киноленты, по всей моей жизни.

Я родился в селе Нурс Битлисского вилайета. Когда был учеником, то, побеждая в научных спорах встречавшихся мне и выходивших против меня учёных, я постепенно дошёл до Стамбула. Продолжая свою борьбу в этой бедственной славе, в конце концов, с подстрекательства моих соперников, по приказу покойного Султана Абдулхамида я был отправлен в сумасшедший дом. С объявлением независимости, во время событий тридцать первого марта мои действия привлекли внимание правительства партии “Единение и прогресс”. Я пришёл к ним с предложением открыть в Ване исламский университет “Медресет’уз Зехра”, подобный “Аль-Азхару”. И даже заложил его фундамент. Со взрывом Первой Мировой я собрал своих учеников и, в качестве командира добровольческого полка, принял в ней участие. На Кавказском фронте, в Битлисе я попал в плен. Спасшись от него приехал в Стамбул. Занял должность в управлении Шейх-уль Ислама. Во время перемирия, в Стамбуле я всё своё существование направил против оккупационных сил. С победой национального правительства моё служение было встречено с одобрением властями, находящимися в Анкаре, и там я повторил своё предложение об открытии в Ване университета.


* Это письмо, когда наш Устаз был заключен в Афьёнской тюрьме, было с его разрешения записано адвокатами и отправлено в указанные инстанции.

До сих пор вся моя жизнь была исполнена патриотизма. У меня было желание посредством политики служить религии. Однако сейчас я полностью отвернулся от этого мира и, выражаясь моей терминологией, похоронил “Прежнего Саида”. В качестве “Нового Саида”, полностью являющегося человеком загробного мира, я отвёл свои руки от мира дольнего. В неком полном отшельничестве я подался на гору Юша в окрестностях Стамбула. А затем вернулся в места, в которых я родился, в Битлис и Ван, где ушёл в пещеры. В наслаждении души и совести остался наедине с самим собой. В соответствии с правилом:

 اَعُوذُ بِاللّٰهِ مِنَ الشَّيْطَانِ وَ السِّيَاسَةِ‌

Ищу прибежища у Аллаха от сатаны и политики!”

то есть: “Ищу убежища у Аллаха от сатаны и политики”, – я погрузился в мир своей души. И, проводя время за чтением и изучением Славного Корана, начал жить уже как “Новый Саид”. Однако проявления судьбы заставили меня, в качестве ссыльного, побывать во многих местах. Сияния, рождавшиеся в те времена в моём сердце от света Благородного Корана, я, посредством тех, кто находился рядом, записывал. Таким образом обрело существование большинство моих брошюр. Полному их собранию я дал название “Рисале-и Нур”. Поскольку я действительно опирался на свет Корана, то в сердце моём родилось это имя. В том, что они вдохновлены мне Всевышним я убеждён всей верой; Тем же, кто их переписывает я желаю, чтобы их благословил Аллах. Потому что пожалеть для других свет веры не возможно.

Группа людей, беря эти мои брошюры друг у друга, стала их переписывать. Данное обстоятельство убеждает меня в том, что это некое побуждение их со стороны Всевышнего для того, чтобы укрепить нарушенную веру мусульман. Ни один обладатель веры этому побуждению препятствовать не станет, и подобно этому, также из религиозных чувств, я должен был это поддержать. По сути эти брошюры, в которых на сегодня имеется сто тридцать названий, полностью касаются лишь вопросов вечной жизни и веры, о политике и этом мире они – так, чтобы это было намеренно – ничего не говорят. Не смотря на это, они стали предметом занятия тех некоторых людей, которые ждали удобного момента. На время изучения моих трудов я был арестован в Эскишехире, в Кастамону и в Денизли; прошли суды. В результате проявилась истина, справедливость нашла своё место. В этот раз меня снова арестовали и доставили в Афьён. Я лишён свободы и нахожусь под давлением допросов. Мне приписывают следующее:

Организация некого политического сообщества.

Распространение идей, противоречащих режиму.

Преследование политических целей.

Мотивируется и аргументируется это десятком предложений из двух-трёх брошюр. Уважаемый Министр! Как сказал Наполеон: “Приведите мне какую-либо фразу, которую не возможно объяснить, и я вас за неё казню”. Какое есть предложение, сошедшее с человеческих уст, которое нельзя бы было объяснить, как содержащее преступление. Письма особенно такого человека, как я, дожившего до семидесяти пяти лет, полностью отошедшего от мирской жизни и посвятившего всё своё существование только лишь жизни вечной, конечно, будут свободными. Поскольку они написаны из благих побуждений, то будут смелыми. И дотошно искать в них преступление – бессовестно и несправедливо, никак иначе. Исходя из этого, ни в одной из ста тридцати моих брошюр не преследуется никакой цели, связанной с мирскими делами. Все их темы, будучи заимствованы от света Корана, касаются веры и Иного мира. Нет в них никаких ни мирских, ни политических замыслов. Так, какой бы суд ни взялся за наше дело, с тем же убеждением он выносил оправдательный приговор. Основываясь на этом, является позором для страны и народа, бессмысленно отвлекать суды и лишать сил и возможностей невинных верующих людей. Когда “Прежний Саид” всю свою жизнь посвятил счастью народа и родины, как может быть, чтобы полностью отошедший от этого мира и достигший семидесятипятилетнего возраста “Новый Саид” занялся политикой? Вы и сами полностью убеждены в невозможности этого.

У меня есть одна-единственная цель, и она такова:

В то время, когда я близок к могиле, в нашей отчизне, являющейся исламской страной, мы слышим голоса большевистских сов. Эти их голоса несут вред основам исламской веры. Делая безбожниками, они привязывают к себе людей и молодёжь. Я, борясь с ними всем своим существованием, призываю молодёжь и мусульман к вере. Я сражаюсь против этой безбожной массы. И, иншааллах, в этой борьбе хочу предстать перед Аллахом. Вся моя деятельность состоит в этом. И я боюсь, как бы те, кто мешает мне в достижении моей цели, не оказались большевиками! Моя святая цель состоит в том, чтобы встать плечом к плечу с религиозными силами, противостоящими этим врагам веры. Дайте мне свободу. С единением рук я послужу вере отчизны, единству Аллаха и исправлению молодёжи, отравленной коммунизмом.

Заключённый

Саид Нурси

***

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

В этом мире, особенно в это время, особенно для попавших в беду и особенно для испытывающих ужасные томления и отчаяние учеников “Рисале-и Нур” самое действенное средство – это утешать и радовать друг друга, укреплять духовную силу ближнего и, подобно истинным самоотверженным братьям, проливать бальзам на раны горя, тоски и томлений, и с полным состраданием ласкать грустные сердца друг друга. Истинное братство ради Иного мира между нами не приемлет обиды и пристрастность. Поскольку я, доверяя всеми силами, положился на вас. И вы знаете, а скорее видите, что ради вас я решил жертвовать не только своим покоем, достоинством и честью, но с радостью готов отдать даже свою душу. И я даже клятвенно заверяю, что такой маловажный инцидент, как взаимные капризы двух братьев и их огорчение друг друга вместо утешения, восемь дней причиняли моему сердцу такое мучение, что и моя душа, и сердце, и разум, плача, причитали: “Вот беда! Ох! О Аллах! О Всемилостивый и Милосердный, помоги! Защити нас, спаси нас от зла дьяволов из джиннов и людей! Наполни сердца моих братьев преданностью, дружелюбием, братством и состраданием друг к другу”.

О мои братья, несокрушимые подобно стали! Окажите мне помощь. Наше дело очень тонкое. Я настолько сильно вам доверяю, что все свои обязанности возложил на вашу духовную личность. Вам тоже нужно изо всех сил бежать мне на помощь. Хотя этот инцидент был весьма незначительным, мимолётным и маленьким, однако даже волосок или мелкая частичка, попавшие в механизм наших часов, или в зрачок нашего глаза, причиняют боль. И в этом отношении он (инцидент) является значительным, так что три материальных взрыва и три духовных созерцания точно сообщили о нём.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья!

Моя печка и два стакана Фейзи, Сабри и Хусрева, расколовшись на части, сообщили о приходе некого страшного несчастья. Да, нашей самой мощной точкой опоры является истинная сплочённость. И необходимо не обращать внимания на недостатки друг друга и не обижаться на такого героя “Нура”, как Хусрев, поскольку он замещает меня и является очень важным представителем духовной личности “Рисале-и Нур”. Я уже много дней чувствую ужасную тоску и отчаяние, а потому стал очень опасаться, что “Наши враги нашли средство, чтобы победить нас”. И моя печка, и моё отражающее действительность духовное наблюдение сообщили правду. Берегитесь, берегитесь, и ещё раз берегитесь!.. Срочно восстановите вашу стальную сплочённость, которая была у вас до сих пор. Клянусь Аллахом, весьма вероятно, что этот инцидент – особенно в это время – может повредить нашему служению Корану и вере больше, чем наше заключение под стражу.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Ночь Ми’радж (Вознесения) – словно вторая Ночь Кадр (Могущества). Награда за благодеяния, по возможности совершённые в эту ночь, увеличивается в тысячу раз. По секрету духовного сотрудничества, иншааллах, каждый из вас, подобно некоторым ангелам восхваляющим Создателя сорока тысячами языков, этой ценной ночью и в этих преумножающих награду кельях-камерах будет благодарить Всевышнего поклонением. И вместе с поздравлениями за вашу полную осторожность, хочу вас обрадовать тем, что благосклонность Аллаха в отношении нас проявилась в весьма явном виде.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых, от всей души поздравляю вас с Ночью Вознесения.

Во-вторых, уже двадцать лет, как мы заявляем, что ученики “Рисале-и Нур”, насколько это возможно, не трогают общественный порядок. И этот тюремный инцидент имел большую вероятность стать для нападающих на нас поводом для опровержения нашего заявления и доказательством их главного утверждения, гласящего, что мы нарушаем общественную безопасность и порядок. Но, по благосклонности Всевышнего, в виде некого чуда вашей преданности и искренности, эта беда необыкновенным образом уменьшилась в сто раз. Из слона превратилась в муху. Иначе же те, кто в отношении нас “раздувает из мухи слона”, воспользовавшись этим, многих заставили бы поверить в клевету против нас…

В-третьих, за меня не переживайте. Моё нахождение с вами в одном здании опускает в ничто все мои трудности и тоску. Вообще, то что мы с вами здесь собрались имеет важность во многих отношениях. И в этом есть много пользы для нашего служения вере. Даже то, что в этот раз некоторые важные истины из нашей кассационной жалобы, дойдя до тех шести инстанций, в некоторой степени подействовали на них, опустило в ничто все наши томления.

В-четвёртых, насколько это возможно, занятость с “Рисале-и Нур” и избавляет от тоски, и может считаться пятью видами поклонения.

В-пятых, посредством уроков “Рисале-и Нур” прошедшая беда уменьшилась в сто раз. Иначе же то маленькое происшествие, в соответствии с временем и местом, словно искра, попавшая в порох, приобрело бы огромные размеры. Даже некоторая часть официальных чиновников сказала, что: “Те, кто слушал уроки “Нура” не вмешивались”. Если бы послушали все его уроки, то вообще бы ничего не было. Вы, насколько это возможно, не давайте места разделению. Пусть к тюремным трудностям не прибавятся другие проблемы. Заключённые же, подобно ученикам “Нура”, пусть станут друг другу братьями и на друг друга не обижаются.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные и искренние братья!

Нам уже просто необходимо всеми силами, по мере возможности, соблюдать между собой и относительно друг друга правила “Сияния об искренности” и смысл истинной искренности применять на деле. Я точно узнал, что для того, чтобы, используя противоречия характеров или мыслей, охладить отношения друг к другу местных особо близких братьев, три месяца назад назначены три человека. И для того, чтобы, наводя скуку, поколебать крепких учеников Нура, а также бросить в сомнение нестойких и слабых, чем заставить их всех отказаться от этого светлого служения, судебное разбирательство беспричинно затягивается. Берегитесь! Да не будут сотрясены имевшие до сих пор между вами место самоотверженное братство и искренняя дружба. Если это произойдёт хотя бы на частицу, то принесёт нам большой вред. Потому что даже очень маленькие сотрясения, подобные произошедшему в Денизли с (….), привели к отчуждению ходжей. Поскольку наше служение Корану и вере требует от нас – если понадобится – пожертвовать друг другу своей душой, то истинно самоотверженные братья должны не обижаться друг на друга из-за нервозности, идущей от тоски и других вещей, а наоборот, в полном смирении, скромности и покорности брать вину на себя и стараться укрепить дружбу и искренность. Иначе же из мухи, сделав слона, может быть нанесён такой вред, который уже невозможно будет устранить. Полагаясь на вашу сообразительность, на этом сокращаю.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья!

Основываясь на одном духовном напоминании, у вас сейчас есть одна-две светлых обязанности, состоящие в том, чтобы всеми силами стараться посредством уроков “Нура” удержать бедных и несчастных заключённых этого третьего “Медресе Юсуфа” от разделения и мстительной пристрастности. Потому что есть страшные смутьяны, которые скрыто стараются использовать в своих интересах споры, неприязнь, ненависть и упрямство. Поскольку большинство из этих наших тюремных товарищей несут героический характер, который побуждает их если понадобится, самоотверженно пожертвовать своей душой ради своей родины, народа и близких. Конечно, ради блага народа, ради тюремного спокойствия и ради того, чтобы спастись от подстрекательств распространителей большевизма, которые за этой завесой сеют анархию, этим героям необходимо пожертвовать своим упрямством, враждебностью и неприязнью, в которых нет никакой пользы и которые в это бурное время несут очень много вреда. Иначе же, словно бросая искру в порох, они могут оказаться причиной серьёзных сотрясений и трудностей для сотни несчастных узников, для невинных учеников “Рисале-и Нур” и для этих Афьёнских краёв, и даже могут стать средством для вмешательства проникших в эту страну щупалец иностранных комитетов. Поскольку мы, по Божественному предопределению, ради этих заключённых попали сюда, и некоторые из нас ради их счастья и духовного спокойствия не хотят выходить отсюда, и, пожертвовав своим покоем ради них, мы терпеливо переносим все тяготы, то конечно, эти наши новые братья, подобно узникам Денизли, из уважения к благословленным месяцам Шаабану и Рамадану должны не ссориться друг с другом и, став братьями, примириться. Вообще, мы и я считаем их входящими в круг учеников “Рисале-и Нур” и упоминаем их в своих молитвах.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых, по смыслу:

اَلْخَيْرُ فٖى مَا اخْتَارَهُ اللّٰهُ

Благо в том, чего пожелал Аллах”

— Иншааллах, в откладывании нашего суда и в нахождении в день суда здесь наших освобождённых братьев есть некое большое благо.

Да, поскольку дело “Рисале-и Нур” имеет большую важность в исламском и особенно в этой стране, то для того, чтобы привлечь к истинам этих книг всеобщее внимание, нужны такие вот волнительные собрания, где сверх наших надежд, осторожностей, утаиваний, унижений противников и нашей воли, “Рисале-и Нур” открыто преподаёт свой урок и друзьям, и врагам. Не стесняясь показывает свои самые скрытые тайны даже самым далёким от него людям. И поскольку истина такова, то мы, считая наши маленькие неприятности подобными некому горькому лекарству – хинину – должны проявлять терпение и благодарить Создателя, говоря “Что ж, и это тоже пройдёт”.

Во-вторых, начальнику этого “Медресе Юсуфа” я написал, что когда я был в плену в России, большевистская буря, произошедшая там, в первую очередь началась с тюрем. Также и Великая Французская Революция тоже вышла из тюрем и из среды узников, называемых в истории “бродягами”. Основываясь на этом, мы, ученики “Рисале-и Нур”, по возможности, старались и стараемся исправить заключенных и здесь, и в Эскишехире, и в Денизли. И в Эскишехире, и в Денизли польза этого полностью проявилась. Здесь же это будет ещё полезнее, потому что в таком “щекотливом” положении и времени, благодаря урокам “Рисале-и Нур” прошедшая маленькая буря (*) уменьшилась в сто раз. Иначе же вредные иностранные течения, пользующиеся разногласиями и подобными инцидентами и выжидающие удобного момента, “подлили бы масла в огонь” и раздули большой пожар.

Саид Нурси

***


* Примечание: Под этой бурей подразумевается бунт в Афьёнской тюрьме, в который не вмешивался ни один ученик “Рисале-и Нур”.

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные, несокрушимые и, устав от томлений, не отходящие от нас братья!

Сегодня, когда из-за духовных и материальных мучений я переживал за вас, вдруг на сердце пришло следующее: если бы для того, чтобы повидаться со мной и находящимися здесь моими братьями вам пришлось перенести в десять раз большие трудности, то все равно это бы стоило того. И подобно тому, как в старые времена люди истины собирались вместе по крайней мере один-два раза в год, так и ученикам Нура для того, чтобы высказаться от имени духовной личности всех учеников, потребовалось раз в несколько лет собраться в “Медресе Юсуфа” – в месте, самом соответствующем богобоязненному характеру “Рисале-и Нур” и его принципу преподавания урока всем без исключения: и самым нуждающимся, и даже противникам. И не важно, если этому будут мешать даже тысячи томлений и трудностей. Если во время наших старых заключений несколько слабых братьев устали и вышли из этого “круга Света”, то это стало для них очень большим убытком, для “Рисале-и Нур” же не нанесло никакого вреда. Вместо них появились более крепкие и искренние ученики. Поскольку испытания этого мира временны, то они быстро проходят. Свои награды и плоды оставляют нам. Мы же, положившись на покровительство Всевышнего, должны терпеливо благодарить Его.

Саид Нурси

***

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых. Когда с каким-нибудь подходящим серьёзным человеком будете неофициально передавать для ознакомления председателю суда две последние части, написанные старыми буквами или машинописным текстом, напишите ему также отдельную записку: “Саид вас благодарит, окна открыли, однако прокурор не пускает к нему ни одного брата, ни помощника. И он очень вас просит дать ему находящийся в суде его чудесный и редкий Коран, чтобы он мог читать его в эти благословенные месяцы. Три раздела этого необыкновенного Корана были отправлены в Управление по делам религии, дабы там сделали его фотокопию и постарались напечатать. И вместе с ним он просит у вас один из лежащих в суде сборников “Рисале-и Нур”, чтобы в этой полной изоляции и страшном томлении он, читая его, мог найти в нём некого друга и утешителя. Ведь эти сборники уже проверили три-четыре суда и ни к чему в них не придрались, а также и, по свидетельству паломников, пришедших их хаджа, они были очень одобрены и поддержаны большими учёными Досточтимой Мекки и Пресветлой Медины, Благородного Шама и Алеппо, а также Египетского Аль-Азхара, и эти учёные также не нашли в них никакого повода для возражений и критики.”

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья!

У Фейзи есть два экземпляра “Хизб-и Нури”. Если им не нужно, то пусть один отправит мне, или же пусть Мехмед Фейзи напишет ещё один экземпляр. И надо чтобы здесь были “Брошюра о Рамадане” и напечатанное “Великое Знамение”. Как можно быстрее избавьтесь от напряжённости между вами. Берегитесь, некое маленькое отклонение отразится большим вредом на круге “Нура”. Не замыкайтесь на чувствах, идущих от томлений. Взрыв моей печки указал на это несчастье.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья, Хусрев, Мехмед Фейзи и Сабри!

Полностью полагаясь на вас, я ждал, что смогу со спокойным сердцем войти в могилу и оставить вам благополучие “Нура”. И я считал, что ничто вас не отделит друг от друга. Сейчас есть официальное указание, чтобы по ужасному плану охладить отношения между основами “Рисале-и Нур”. Поскольку в силу вашей беззаветной преданности и привязанности к “Рисале-и Нур”, вы готовы, если понадобится, пожертвовать друг другу своими жизнями. То, конечно, пожертвовать своими весьма незначительными, преходящими и неважными чувствами вы просто обязаны. Иначе, вместе с тем, что это точно повредит нам, я дрожу от того, что для кого-то это может послужить причиной выхода из круга “Рисале-и Нур”. Уже три дня меня сотрясает такое гнетущее чувство, какого я до сих пор не испытывал. Теперь я твёрдо понял, что подобно попаданию волоса в глаз, мелкие капризы между такими как вы братьями, становятся некими бомбами для нашей жизни в кругу “Нура”. И даже я хочу сообщить вам о том, что во время прошедших беспорядков прикладывалось много усилий, чтобы показать нас причастными к ним. Теперь стараются посеять между нами небольшое отчуждение. Хотя я ради вас перенёс в десять раз большие тяготы, чем каждый из вас, но всё же решил не обращать внимания на ваши недостатки. И от имени нашего учителя – духовной личности учеников “Рисале-и Нур” – я желаю, чтобы вы тоже, правы вы или нет, не проявляли эгоизма. Если же кто-то скрыто вмешивается в ваше совместное нахождение в том неспокойном месте, то пусть один из вас перейдёт в камеру к Тахири.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья!

Прошу вас не обижаться на меня за то, что я придал такое значение взаимным обидам между вами троими. Потому что у Хусрева и Фейзи, как и у меня, есть чувство стеснения и боязни людей. И к тому же они немного разные по характеру. Сабри же по причине родственных связей и своего заработка в некотором роде связан с общественной жизнью и вынужден соблюдать осторожность. Итак, мне кажется, и я опасаюсь, что вы трое, различаясь по характеру и образу мышления, никак не сможете проявлять терпение и стойкость в той шумной камере среди томительного многолюдья. Потому что в такой ситуации вредны даже очень маленькие разногласия.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья! Мои товарищи по уроку в этом “Медресе Юсуфа”!

Эта наступающая “Ночь Бараат” является некой святой косточкой всего года и некой разновидностью программы человеческой судьбы, и в этом отношении она имеет святость “Ночи Предопределения”. Награда за каждое благодеяние и за каждую букву Корана в “Ночь Предопределения” возрастает в тридцать тысяч раз, а в “Ночь Бараат” – в двадцать тысяч. Если в другое время награда равна десяти, то в течении трёх священных месяцев она возрастает до ста и до тысячи. В эти же славные святые ночи она достигает десяти, двадцати и тридцати тысяч. Эти ночи могут обратиться в некое пятидесятилетнее поклонение. Поэтому очень полезно, насколько это возможно, заниматься чтением Корана, салаватов и принесением покаяния.

Саид Нурси

***

 

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

اَلسَّلَامُ عَلَيْكُمْ وَ رَحْمَةُ اللّٰهِ وَ بَرَكَاتُهُ اَبَدًا دَائِمًا سَلَّمَكُمُ اللّٰهُ فِى الدَّارَيْنِ 

Во имя Него, Пречистого от недостатков. Да пребудут вечно над вами мир, милость и благодать Аллаха! Мир Аллаха вам в обоих мирах.”

От всей души поздравляем вас с “Ночью Бараат”, которая может помочь верующим людям заработать пятидесятилетнюю жизнь, проведённую в неком духовном поклонении. Подобно некоторым ангелам, которые сорока тысячами языков восхваляют Творца, каждый из вас, по секрету духовного сотрудничества и с благодатью духовной солидарности, как и каждый чистосердечный и искренний ученик “Рисале-и Нур”, может приносить покаяние и поклоняться сорока тысячами языков, чего мы с полной убеждённостью, в надежде ожидаем от милости Аллаха.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Во-первых. По наставлению некоторых ходжей, поддерживающих нововведения, в обвинительном заключении высказано возражение, не принимающее прихода исламского даджаля и ещё нескольких даджалей, о которых говорится в одном из пунктов “Пятого Луча”. Ответом на это будет достоверный хадис, весьма ясно показывающий одно верное чудо Пророка (Мир Ему и Благо), а именно:

لَنْ تَزَالَ الْخِلَافَةُ فٖى وِلْدِ عَمّٖى صِنْوِ اَبِى الْعَبَّاسِ حَتّٰى يُسَلِّمُوهَا اِلَى الدَّجَّال

То есть: “Исламский халифат будет продолжаться в наследниках моего дяди – брата моего отца – Аббаса. Это будет иметь место до тех пор, пока этот халифат, то есть салтанат халифата, не перейдёт в разоряющую руку Даджаля”. То есть, появится и долгое время, около пятисот лет будет существовать Аббаситский халифат. Затем один из трёх даджалей, именуемый Чингизхан, Хулагу, уничтожит царство этого халифата и будет править в исламском мире по своим жестоким законам. Следовательно, это является прямым доказательством того, что в мире Ислама появится три даджаля, о которых говорится ещё во многих хадисах. Сообщение этого хадиса о скрытом содержит два верных чуда:

Первое – что появится Аббаситский Халифат и будет существовать пятьсот лет.

Второе – что в конце он найдёт свою гибель от руки самого жестокого и разрушающего даджаля, носящего имя Чингисхан и Хулагу. Интересно, разве есть хоть какая-то вероятность, чтобы Хозяин Шариата, который в книгах хадисов сообщил о самых незначительных вещах, касающихся Корана и положений Ислама, ничего не сказал бы о поразительных событиях нашего времени? И разве есть хоть какая-то возможность, чтобы в этих сообщениях не было указаний на учеников “Рисале-и Нур”, которые внутри этих поразительных событий – на обширном пространстве, в самое потрясающее время и в самых тяжёлых условиях – стойко служат Корану, и плоды их служения нашли подтверждение и у друзей, и у врагов?..

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Один пункт великого аята:

 وَ ضُرِبَتْ عَلَيْهِمُ الذِّلَّةُ وَالْمَسْكَنَةُ

И воздвигнуто было над ними унижение и бедность” (Коран 2:61)

Дорогой командир “Нура” и слуга Корана, мой брат Ре’фет бей!

Поскольку еврейский народ излишествовал в любви к жизни и к этому миру, то в каждом веку он зарабатывал пощёчины унижения и бедности. Однако в этом Палестинском вопросе, поскольку они следуют скорее не любви к жизни и миру, а, так как Палестина является кладбищем пророков Сынов Израиля, и те древние пророки относятся к их народу, то в некотором отношении ими движет некое серьёзное национальное и религиозное чувство, и потому они не получают скорого наказания. Иначе такая маленькая кучка никак не смогла бы удержаться в огромной Аравии, быстро бы обеднела.

Саид Нурси

***

ВОПРОС: “Есть ли какой-нибудь аят, говорящий о том, что Земля является шарообразной? Если есть, то в какой суре? У меня есть сомнения в том, плоская она или круглая. Земли каждого государства лежат между морями. Что удерживает берега этих морей? Пожалуйста, прошу вас объяснить это. Целую ваши руки.”

Али ходжа из Эмирдага

“Рисале-и Нур” дал ответ на подобные этим вопросы. То, что Земля круглая принято учёными Ислама, это не противоречит религии. То, что в аяте сказано “сатх” – не указывает на её нешарообразность. Согласно муджтахидам, поскольку обращённость в сторону кыблы является обязательным условием намаза, то это должно соблюдаться во всех его рукунах, то есть, при исполнении земных и поясных поклонов необходимо также быть обращённым к кыбле. Это же может быть исполнено при условии шарообразности земли и с тем, что, как учит шариат, сверху над Досточтимой Каабой – до самого арша и снизу – до самого фэрша, расположена некая светлая вертикаль, которая является кыблой.

Саид Нурси

***

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ وَ اِنْ مِنْ شَىْءٍ اِلَّا يُسَبِّحُ بِحَمْدِهٖ

اَلسَّلَامُ عَلَيْكُمْ وَ رَحْمَةُ اللّٰهِ وَ بَرَكَاتُهُ اَبَدًا دَائِمًا 

Во имя Него, Пречистого от недостатков”. “Нет ничего, что не прославляло бы Его хвалой” (Коран 17:44). “Да пребудут вечно над вами мир, милость и благодать Аллаха!”

Мои дорогие, преданные братья!

От всей души поздравляем вас с наступлением Благородного Рамадана. Да сделает Всевышний “Ночь Кадр” этого благословенного месяца для всех вас более благостной, чем тысяча месяцев, амин. И да примет Он её в виде восьмидесяти лет приемлемой Им жизни, амин.

Во-вторых, я твёрдо убеждён, что в том, чтобы оставаться здесь до праздника, для нас есть много блага и пользы. Если бы нас выпустили сейчас, то мы лишились бы пользы этого “Медресе Юсуфа”, а также и в этом Благородном Рамадане, полностью обращённом к Иному миру, мы бы нарушили своё возвышенное духовное состояние мирскими занятиями. По смыслу

اَلْخَيْرُ فٖى مَا اخْتَارَهُ اللّٰهُ

Благо в том, чего пожелал Аллах”

– здесь тоже иншааллах, будут большие радости. В суде вы также поняли, что, поскольку даже по этим законам нас никак не могли приговорить, то они сделали поводом для осуждения такие пустяковые вещи, как ничего не значащие личные моменты не представляющих никакой важности писем, что не имеет абсолютно ничего общего с законностью. Придраться же к большим и всеохватным темам “Рисале-и Нур” они не смогли. И в том, что вместо “Рисале-и Нур” и многочисленного и обширного круга его учеников пытаются опустить значение моей личности и сгноить её, для нас есть большая польза: Божественное предопределение не даёт им нападать на “Рисале-и Нур” и его учеников. Они занимаются только лишь мной. Я же вам и моим друзьям говорю: ради здравия “Рисале-и Нур” и вас, с духовной радостью и удовольствием, всей душой и сердцем, и даже нафсом, я принимаю все выпавшие на мою долю трудности. Также, как рай не является дешёвым… так и ад тоже небессмысленен. Подобно тому, как этот мир и его трудности тленны и быстро преходящи, так и за все несправедливости, которые мы претерпеваем от наших скрытых врагов, мы будем стократно более отмщены на Великом Суде, а частично и в этом мире, а потому вместо того, чтобы гневаться на них, мы их жалеем.

Поскольку истина такова, то великим счастьем является спокойно, соблюдая осторожность, в полном терпении и благодарности, покорившись действующей в отношении нас судьбе и Божественному предопределению, и уповая на хранящую нас Божественную благосклонность, вместе с находящимися здесь нашими братьями искренне и утешающе, чистосердечно и солидарно, с истинной дружбой, привязанностью и беседами заниматься чтением наших вирдов, благо которых во время Рамадана возрастает в тысячу раз, и трудиться над нашими уроками познания, не придавая значения этим мелким и преходящим тяготам. И то, что действенные уроки “Рисале-и Нур” в этом очень серьёзном испытании показывают себя даже противникам, является очень значительной победой “Нура”.

Примечание. Отречение от своего положения ученика некоторыми нашими братьями, особенно (…), и их бессмысленное скрытие своего прежнего серьёзного служения, конечно является скверным, однако ради этого их старого служения мы не должны на них обижаться.

Саид Нурси

***

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ وَ اِنْ مِنْ شَىْءٍ اِلَّا يُسَبِّحُ بِحَمْدِهٖ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”. “Нет ничего, что не прославляло бы Его хвалой” (Коран 17:44)

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых. Поскольку согласно повелению достоверного хадиса: “Ищите Ночь Кадр во второй половине Рамадана, особенно в последние десять дней”, – есть большая вероятность того, что среди этих наступающих ночей есть Ночь Кадр, дающая возможность заработать восемьдесят лет жизни проведённой в поклонении, то постараться использовать её в таком полезном с точки зрения наград Иного мира месте, является настоящим счастьем.

Во-вторых. По смыслу выражения:

مَنْ اٰمَنَ بِالْقَدَرِ اَمِنَ مِنَ الْكَدَرِ

(Уверовавший в предопределение спасается от грусти и тоски), а также по смыслу правила:

خُذُوا مِنْ كُلِّ شَىْءٍ اَحْسَنَهُ

(Во всём ищите хорошую сторону), и по значению:

اَلَّذٖينَ يَسْتَمِعُونَ الْقَوْلَ فَيَتَّبِعُونَ اَحْسَنَهُ اُولٰٓئِكَ الَّذٖينَ هَدٰيهُمُ اللّٰهُ وَ اُولٰٓئِكَ هُمْ اُولُوا الْاَلْبَابِ

краткий смысл которого таков: “Те, которые, выслушав слова, следуют хорошим из них, а на плохие не смотрят – они обладатели разума, которых Аллах ведёт прямым путём”. – Для нас сейчас нужно во всём смотреть на хорошую сторону, на красивую грань и на дающий радость оборот, дабы бессмысленные, ненужные, вредные, давящие, неприятные и преходящие состояния, привлекая наше внимание, не занимали собой наши сердца. В “Восьмом Слове” два человека по-очереди зашли в некий сад. Счастливый из них, смотря на цветы того сада и на его красивые вещи, радостно отдыхает. Другой же, несчастный, хотя не в силах очистить его, обращает внимание на грязные и мерзкие вещи, от чего его тошнит, и вместо отдыха он испытывает томление, после чего уходит от туда. Так что стороны общественной жизни человечества, особенно “Медресе Юсуфа”, подобны некому саду. В них одновременно находятся и мерзкие, и красивые, и грустные, и радостные вещи. Разумен тот, кто занимаясь радостными и красивыми вещами, не придаёт значения тому что наводит тоску. Вместо жалоб и опасений благодарит и радуется.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых. Поскольку есть большая вероятность того, что завтрашняя ночь будет “Ночью Кадр”, то часть учёных–муджтахидов назначили её на эту ночь. Если на самом деле это и не так, но, поскольку народ считает эту ночь таковой, иншааллах, она удостоится принятия подобно настоящей “Ночи Кадр”.

Во-вторых. Я переживаю о покое наших братьев, находящихся в бурной шестой камере. Некая рука извне пытается вмешаться в жизнь тюрьмы и особенно той шестой камеры. Пусть они проявляют внимательность и осторожность, и ни во что не вмешиваются.

В-третьих. Отправили ли вы адвокату материалы для председателя суда? И Халиль Хильми, так как дело одно, является адвокатом не только Сабри, но и всех нас. Я так его воспринимаю. Пусть он оказывает всестороннюю помощь нашему первому адвокату в отношении всех нас.

В-четвёртых. Предисловие Садык Бея из Ташкёпру я отправил Сабри для снятия копии. Если он переписал, то отредактированную часть пусть отправит ему обратно. Одну новую копию пусть отправит мне. И у меня ещё есть одна копия стихов Садыка, если у вас нет, то я вам отправлю.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых. Поздравляем вас и ваших товарищей по заключению с праздником. Тех, кто поздравляет вас, я воспринимаю так, словно они поздравляют меня. И считайте, будто я, по случаю праздника, лично навестил всех вас, и сообщайте об этом остальным.

Во-вторых. С предупреждением беспричинно взорвавшейся моей печки из толстого железа, и с нашей полной серьёзностью и осторожностью, основанными на том предупреждении, прошлая мелкая буря уменьшилась в сто раз, и “порох не воспламенился”. Теперь уже моя фляга, снова без всякой причины рассыпавшись на мелкие кусочки, говорит о том, что нам опять нужно взяться за полную серьёзность, осторожность и выдержку. Согласно полученному мной некому духовному предостережению, скрытые лицемеры хотят использовать против религиозных людей немолящихся распутников и вероотступников–коммунистов, и они засунули свои щупальца даже сюда.

Одно маленькое примечание: Вчера я ощущал в своём сердце некую радость и счастье. Вдруг узнал, что мой младший брат, живущий в Нурсе, восемь месяцев назад отправил мне в Эмирдаг флягу мёда из тех краёв. И вчера этот мёд дошёл до меня. Я сказал: “Боже мой, скорее принесите мне его!”. Подождал, не принесли… Радость обратилась в гнев… Ту медовую флягу, имевшую для меня цену сотни фляг, отдали в чужие руки и отправили на базар, что стало причиной того, что она, ни с того ни с чего, разбилась. Немного того мёда, являющегося неким подарком села Нурс – места моего рождения – которое я не видел уже сорок восемь лет, я отправил вам в качестве праздничной сладости, дабы все мои братья, хотя бы по чуть-чуть попробовали его.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные и несокрушимые братья!

От всей души поздравляю вас с тем, что вы быстро исцелили мои раны. От этого сегодня ночью мне полностью полегчало. По сути “Медресет’уз-Зехра”, расширяясь, прививает в кругу “Нура” и распространяет истинную искренность, абсолютно самоотверженный отказ от эгоизма и полную скромность. Конечно, весьма незначительные и временные восприимчивость, нервозность и капризность не смогут разрушить тот сильный урок и те братские связи, и в этом отношении прекрасным наставником является “Сияние об искренности”. На сегодня самым нехорошим планом, задуманным для того, чтобы сильнее всего ударить и сотрясти нас и “Рисале-и Нур”, является тот, который построен на том, чтобы охладить отношения учеников “Нура” друг к другу, внушить им пресыщение и отделить друг от друга из-за разницы в характерах и взглядах. Хотя это были лишь очень мелкие капризы, однако волос, попавший в глаз причиняет такую же боль, как камень, попавший в голову. Поэтому моя фляга сообщила об этом, как о неком большом инциденте. Покойный Хафиз Али, незадолго до смерти жаловался на подобное этому маленькое положение, что с тех времён наверное сто раз приходило мне на память и огорчало меня.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья!

Возражения, написанные учениками, я отдал начальнику. Сказал, что: “Мы хотим отправить их вместе с концовкой моего обжалования в Управление по делам религии и в администрацию Уголовного Суда Анкары, оправдавшего нас и наши книги. А также хотим отправить в те две инстанции и “список ошибок и ответов”, но только если это можно сделать без огласки, лишь для ознакомления”. Он сказал “Можно”. Теперь скажите адвокату, чтобы он сделал несколько копий возражений учеников и два экземпляра списка.

И в Управление по делам религии ещё напишите: “И притесняемый Саид, и его невинные товарищи очень благодарны и необыкновенно признательны вашему управлению за прекрасный рапорт, отправленный вами в отношении них в Афьён, исполняя вашу необходимую обязанность защиты носителей религиозных знаний. Вообще, поскольку наше дело касается религии и науки, то прежде любого другого управления, а также прежде правосудия и полиции, оно касается Управления Религии. Поэтому мы и в Денизли, и в Афьёне прежде всего писали наши жалобы учёным этого управления.”

Саид Нурси

***

Мой дорогой, преданный брат, Ре’фет бей!

Из уважения к Славному Корану и ради права вашей с ним связи, и из почтения к вашему служению вере посредством “Рисале-и Нур”, длящемуся на протяжении двадцати лет, срочно откажитесь и избавьтесь от страшных обид друг на друга, внешне мелких, но, исходя из “щекотливости” нашего положения, являющихся очень болезненными, катастрофическими и представляющими собой большую помощь старающимся уничтожить нас скрытым лицемерам, что подобно искре, брошенной в пороховую бочку. Иначе, из-за одного грамма личного права, всем нам и служению Корану и вере будет причинено сто пудов вреда, что в данный момент весьма вероятно. Я клятвенно заверяю вас в том, что если один из вас нанесёт мне самое большое оскорбление и полностью растопчет моё личное достоинство, но от служения Корану и вере не откажется, то я прощу, примирюсь с ним и постараюсь не обижаться. Поскольку вы знаете, что наши враги стараются использовать самое ничтожное отчуждение между нами, то срочно помиритесь. Откажитесь от бессмысленных и очень вредных ломаний. Иначе, подобно некоторым из нас, таким, как Шемси, Шефик и Тевфик, внешне присоединившимся к нашим противникам, нанесёте некий большой вред и убыток нашему служению вере. Поскольку благосклонность Всевышнего до сих пор вместо одной радости давала нам многих других, то, иншааллах, она снова поспеет нам на помощь.

Саид Нурси

***

Мои дорогие, преданные братья!

Начальнику очень понравилось “Великое Знамение” и “Путеводитель”. Теперь он желает прочесть “Посох Мусы” и “Зульфикар”. Я пообещал, что дам ему их. Если здесь, в Афьёне, они есть, то закажите по одному экземпляру “Посоха Мусы”, “Зульфикара” (больших, в переплёте), “Путеводителя” и “Великого Знамения”.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых. Результат этого рапорта такой же, как и Денизлинского. Среди оправдания нас в отношении пунктов обвинения, для того, чтобы понравиться им и показать, что они не принадлежат к ученикам “Рисале-и Нур”, они с некими ваххабитскими взглядами научно покритиковали нас. Мне кажется, что этот рапорт пришёл сюда раньше обвинительного заключения, и некоторые пункты обвинения взяты из него. Так что наш список будет полным ответом и им. Как вы считаете? И что вы думаете насчёт нашего нового ответа, хорош ли он? Я написал его в большой спешке и находясь в расстроенном состоянии.

Во-вторых. До сих пор нами занимались под видом претензий к нашим личностям, некоторым незначительным личным письмам, обвиняя нас в организации сообщества и тариката. Теперь же изъяли книги “Сираджуннур” и “Худжумат-и Ситте”, привлекли к “Рисале-и Нур” внимание экспертов, что посредством интриг наших скрытых врагов стало неким нападением на “Рисале-и Нур”, являющийся причиной спокойствия этой страны. Поэтому, как это было уже много раз, точно, когда произошло это нападение, и когда я писал об этом, в этой области произошли два сильных землетрясения. Поддержав меня они сказали: “Писать об этом нет нужды”. И я больше не писал. И сегодня до меня дошли сведения о возникшей военной угрозе. Я же сказал об этом местному начальнику. До сих пор, как только происходили нападения на “Рисале-и Нур”, или гневалась земля, или появлялась угроза войны. Мы видели уже много событий, которые исключают возможность вмешательства в это случайности, и это было показано нами даже в судах. Значит в эти дни, когда я, не зная, сильно переживал за “Рисале-и Нур”, из-за завистливой критики экспертов и конфискации такого важного сборника, как “Сираджуннур”, эта книга, которая подобно приемлемой милостыне, служила средством для отвода бед, теперь скрылась под покровом завес, и тут же начались землетрясения и военные угрозы.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ,

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Не беспокойтесь, мы находимся под Божественным покровительством. За внешними трудностями стоит милость. Экспертов вынудили на некоторую критику. Конечно, их сердца стали учениками “Нура”.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные, несокрушимые, не беспокоящиеся, не возвращающиеся к бренному миру, оставив свою вечную жизнь, братья!

Оттого, что хотят в некоторой степени расширить наше дело, и придётся ещё немного остаться здесь, не печальтесь. Наоборот, будьте довольны, подобно мне. Поскольку жизнь не стоит на месте, а бежит к гибели, то в таких вот кельях она увековечивается плодами Иного мира. И ширится круг урока “Нура”. Например, ходжи из числа экспертов становятся вынуждены с полным вниманием прочесть “Сираджуннур”. И если мы сейчас выйдем, то есть вероятность, что нашему служению вере в некотором отношении будет нанесён ущерб. Хотя я лично переношу томления намного большие, чем ваши, но выходить не хочу. И вы тоже, насколько это возможно, постарайтесь привыкнуть к терпению, выдержке и к этому образу жизни, и ищите утешение в переписывании и чтении “Рисале-и Нур”.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых. Если находящиеся у меня два экземпляра списка, находящейся в конце нашей защиты и написанной новыми буквами, нужно отправить вместе с ответом в Управление религии и в Уголовный Суд Анкары, то я передам их вам. И одну копию ответа экспертам передайте в местный суд.

Во-вторых. То, что наше дело расширили, является благом. До сих пор, желая опустить нашу ценность, внешне показывали наше дело мелким и неважным, скрыто же придавали ему большое значение. Теперь данное положение, иншааллах, будет ещё более полезным и благодатным для служения Корану и вере.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых. Некоторые из нас, если бы они были на свободе, возможно отправились бы в этом году в хадж. Иншааллах, это наше намерение будет принято так, словно оно совершено на деле, и наше светлое служение вере в этом тоскливом положении принесёт нам большой саваб хаджа.

Во-вторых. Поскольку некоторые невнимательные люди не понимают смысла многократно повторяемых нами слов: «“Рисале-и Нур” – это очень сильное, истинное толкование Корана», – то я получил некое напоминание об изложении одной истины. Эта истина такова:

Толкования (тафсир) делятся на два вида:

Первый: Это всем известные толкования, которые излагают, объясняют и доказывают слова и обороты Корана, а также смысл его фраз.

Второй же вид: Мощными аргументами излагает, доказывает и объясняет содержащиеся в Коране истины веры. Этот вид имеет очень большую важность. Общеизвестные явные толкования порой содержат эту часть в неком сжатом виде. Однако “Рисале-и Нур” берёт за основу непосредственно этот второй вид, и является неким духовным толкованием, которое бесподобным образом заставляет замолчать упрямых философов.

В-третьих. Утром я должен был написать одну вещь, но оставил. Теперь вышло то же самое, секретарь Салим Бей дал разрешение, пусть завтра Хусрев с Тахири придут ко мне, чтобы написать обращение в Совет Министров.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ,

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Интересно, разве в стране мы и “Рисале-и Нур” являемся самыми вредными? Ведь каждый писатель свободно пишет, каждое объединение беспрепятственно проводит собрания. Между тем, если не будет религиозного воспитания, то мусульмане не получат ничего, кроме полной тирании и абсолютной коррупции. Потому что, как мусульманин до сих пор не становился ни настоящим иудеем, ни христианином, а скорее превращался в безбожника и полностью портился, также он не может быть и большевиком. Скорее станет анархистом и уже не сможет быть управляем, кроме как абсолютной тиранией. Мы же, ученики “Рисале-и Нур”, трудимся ради управления, общественного порядка и счастья отечества и народа. Против нас стоят безбожные анархисты, враги народа и родины. Правительство нам должно не мешать, а наоборот, полностью защищать и помогать.

Саид Нурси

***

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Во-первых. Освобождение таких распространителей “Нура”, как Ре’фет, Эдхем, Чалышканы и Бурхан, показывает, что распространение “Рисале-и Нур” не запрещено и суд не может этому препятствовать. И это является признаком того, что установлено отсутствие организации сообщества. И поскольку продление сроков по нашему делу привлекает к “Рисале-и Нур” внимание широкого круга общественности, является неким всеобщим приглашением к прочтению этих книг и неким официальным объявлением, подстёгивающим желание читать слышащих его нуждающихся, то это приносит нам и верующим людям пользу, стократно большую, нежели наши тяготы и ущерб. По сути, это является признаком того, что в такое время против самой страшной и всеобщей атаки нападающих по всей земле войск заблудших, этот святой урок, преподнесённый в таком виде, иншааллах, возымеет действие некой атомной бомбы.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья Ре’фет, Мехмед Фейзи и Сабри!

По причине одного сильного указания и духовного напоминания я вас очень прошу, чтобы из уважения к “Рисале-и Нур” и этому празднику, а также ради прав нашей старой дружбы вы постарались излечить нашу новую страшную рану. Потому что наши скрытые враги следуют двум планам: один из них – вероломно уничтожить меня; второй – охладить отношения между нами. В начале, посредством критики, возражений и обид против Хусрева отделить нас друг от друга. Я вам заявляю: если у Хусрева будет даже тысяча недостатков, то и тогда я боюсь быть против него. Потому что быть сейчас против него – значит быть непосредственно против “Рисале-и Нур” и против меня, и быть за тех, кто желает нас разбить. Что является таким великим предательством, от которого на меня обрушилось такое удивительное и беспричинное происшествие, как разрыв железа моей печки. И я убеждён, что последние мучения, которым я был подвергнут, пришли на мою голову из-за этой вашей бессмысленной и очень вредной несолидарности. Некая страшная рука вмешивается сюда, особенно в шестую (камеру). Не заставляйте меня плакать в этот праздник, срочно полностью и чистосердечно примиритесь.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Я хотел, чтобы сегодня освободили только лишь двух-трёх наших братьев. Однако Божественная благосклонность, покровительствующая нам, отложила это ради их же пользы. И это наше положение необходимо ещё около двадцати дней. Потому что находиться в этот праздник вместе нужно и для нас, и для “Рисале-и Нур”, и для нашего служения, и для нашего духовного и физического спокойствия, и для того, чтобы получить полную долю от молитв паломников, находящихся в хадже, и для спасения от конфискации книг “Рисале-и Нур”, отправленных в Анкару, и для увеличения числа тех, кто, огорчаясь за нас, привязывается к этим книгам, и для того чтобы доказать, что мы не согласились с сегодняшними великими ошибками и не присоединились к предателям родины, народа и религии.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Бессовестная, ошибочная и несправедливая критика экспертов, из-за ваххабитских идей не способная вынести серьёзной связи и одобрения в адрес “Рисале-и Нур” Имама Али (да будет доволен им Аллах), и, будучи под влиянием сомнений, в прошлом году заставивших вылить воду Замзама и в этом году запретить хадж, завистливо и несправедливо возразила против “Пятого Луча”. Сейчас, во время таких сомнений и опасений, для нас самым благополучным местом является тюрьма. Иншааллах, книги “Нура” заработают свободу и для нас, и для себя. Поскольку они в неком бесподобном виде, в весьма сложных условиях и перед очень многочисленными противниками в такой степени пробуждают к себе читательский интерес… и в тюрьме заставляют своих учеников весьма разнообразно трудиться для себя, и с Божественной благосклонностью не дают места для их разрозненности, то мы, будучи настолько убеждены в этом, обязаны не жаловаться, а благодарить. Моя стойкость против всех сильных тягот и томлений исходит от этой убеждённости. В Божественную обязанность я не вмешиваюсь.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Один из этих двух экземпляров мой, другой начальника. Сначала сверьте экземпляр начальника с тем, в котором есть записи моим почерком. Я, читая в этот раз “Великое Знамение”, увидел второй его раздел – до самого конца – и духовную беседу в конце его очень важными, и извлёк их них большую пользу. Для вашей пользы пусть один из вас читает, другой слушает. Нужно чтобы продолжалось редактирование и никто не остался без дела, пусть братья читают по-двое.

Во-вторых. Принадлежащий мне экземпляр “Десятого Слова”, тетрадь со здешними письмами и всё остальное пусть не останутся без дела. Следить за ними я поручил Джейлану.

Саид Нурси

***

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Когда я сейчас читал “Джальджалутию”, в сердце у меня возник вопрос: «Какова связь суры “Нун”, упоминаемой

ثُمَّ نُونْ на двадцать шестом уровне, в предложении

بِحَقِّ تَبَارَكَ ثُمَّ نُونٍ وَ سَائِلٍ со “Словом о предопределении”?». Читая начало этой суры, я увидел, что в аяте:

 نٓ وَالْقَلَمِ وَمَا يَسْطُرُونَ

Нун. Клянусь письменной тростью и тем, что пишут” (Коран 68:1)

слово ن (Нун) указывает на Свет, и на свет извечного знания, и на перо предопределения, являющееся основой, корнем, извечным источником и вечным учителем всех письменных приборов, описаний и книг. Значит, подобно указанию аята: وَالذَّارِيَاتِ на “Брошюру о частицах”, словоن также сильным указанием обращено на “Брошюру о Предопределении”.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные и несокрушимые братья!

Во-первых. По секрету:

 اَلْخَيْرُ فٖى مَا اخْتَارَهُ اللّٰهُ

Благо в том, чего пожелал Аллах”

– в том, что рассмотрение нашего дела отложили, есть благо. Моё сердце и свобода “Рисале-и Нур” этого желали. Утешая друг друга и укрепляя духовную силу, с приятными беседами и обсуждениями, а также с чтением и переписыванием “Рисале-и Нур” вы сотрёте маленькую точку этих временных трудностей и, иншааллах, преуспеете в том, чтобы обернуть их для себя в милость и увековечить эти тленные часы…

Во-вторых. Поскольку наше празднование происходит во временном местопребывании судебной тюрьмы, то в качестве праздничной сладости я отправляю вам воду Замзам, принесённую мне героем Коньи Зубейром, и мёд из села Нурс, имеющий, на мой взгляд, большое значение. Налейте во флягу с мёдом воду и размешайте. Затем влейте туда Замзам и пейте на здоровье.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

С одной серьёзной стороны мне был задан серьёзный и глубокий по смыслу вопрос. У меня спросили: “Вы не являетесь организацией и три суда вас в этом отношении оправдали, а также это подтвердили власти шести вилайетов тем, что они следили за вами в течении двадцати лет и не трогали вас по этому вопросу, но при этом у учеников Нура есть такая необыкновенная связь, какой нет ни в одной организации и ни в одном комитете. Желаем объяснения этой загадки”.

Я же в ответ сказал: “Да, ученики Нура – не являются какой-либо организацией и особенно каким-либо сообществом или комитетом, организованным из политических, мирских, оппозиционных или личных соображений, и быть таковыми они не могут. Однако потомки прежних героев этой страны – миллионов патриотов Ислама, с радостью жертвовавших своими душами ради обретения степени шахидов – эти их сыновья и дочери унаследовали тот самоотверженный нрав, который заставляет их проявлять такую необыкновенную связь и который в Денизлинском суде этого их бессильного и бедного брата побудил сказать в отношении них: “За истину, ради которой пожертвовали головами миллионы героев, пусть будут отданы и наши головы!” – что было сказано от их имени и заставило суд одобрительно и удивлённо замолчать. Значит среди учеников Нура есть такие настоящие, искренние, ищущие лишь довольства Всевышнего и счастья Иного мира, позитивные патриоты, что такие ужасные комитеты, как масоны, коммунисты, разлагатели общества, атеисты, еретики и ташнаки, не найдя против них никакого средства, желают их сломать и разбить с помощью “резиновых” законов, вводя в заблуждение власти и правосудия. Иншааллах, ничего сделать они не смогут. Скорее, наоборот, станут причиной увеличения патриотов “Нура” и веры”.

Саид Нурси

***

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Изложу вам ответ на один вопрос, имевший место сорок лет назад и похожий на тот, что был задан вчера. В те старые времена ученики “Прежнего Саида” вместе со своим учителем имели между собой сильную связь, доходившую до степени самоотверженности, а потому “Прежний Саид” противостоял функционировавшим тогда в стороне Вана и Битлиса Ташнакским патриотам из Армянского комитета и в некоторой степени останавливал их. Однажды он раздобыл для своих учеников винтовки “маузер” и в его медресе, словно в солдатской казарме, винтовки стояли рядом с книгами. В это время туда пришёл один генерал, увидел это и сказал: “Это не медресе, а казарма”. В связи с Битлисскими событиями он решил перестраховаться и приказал забрать у нас оружие. Тогда у нас изъяли пятнадцать винтовок. Через месяц-два вспыхнула Мировая Война. Я взял свои винтовки обратно…

В общем, как бы там ни было, в связи с тем положением у меня спросили: “Армянский комитет, в котором есть страшные патриоты, вас боится. И, когда вы поднимаетесь на гору Эрек в Ване, эти их патриоты, опасаясь вас, рассеиваются и уходят в другие места. Интересно, какая у вас есть сила, что так происходит?”

Я же в ответ сказал: “Поскольку из-за тленной мирской жизни, ради временного благополучия крохотного противодействующего народа, эти армянские патриоты, стоящие против нас, проявляют такую необыкновенную самоотверженность. То, конечно, ученики, старающиеся ради вечной жизни и созидательной пользы очень большой святой исламской нации и убеждённые в том, что “смерть – одна”, от тех патриотов не отстанут (*). Если понадобится, то эту несомненную смерть и несколько сомнительных лет внешней жизни они с гордостью и без колебаний потратят ради миллионов лет жизни вечной и благополучия миллиардов своих единоверцев”.

Саид Нурси

***

 بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные, верные и милосердные братья!

Вот уже два дня, как моя голова и нервы страдают от сильного насморка. В этом состоянии, когда я в некоторой степени нуждался во встрече с друзьями, дабы получить от них утешение и общение, эта поразительная изоляция и ужас одиночества сдавили мне грудь. Тогда в сердце возникла некая жалоба: “Почему происходят эти мучения, какова их польза для нашего служения?”

Вдруг, сегодня утром моему сердцу было напомнено: “Для вашего искреннего служения, ведущегося только лишь ради правды и истины, есть очень большая необходимость в том, чтобы вы прошли через это суровое испытание; чтобы досконально проверить вас: “Золото вы или медь?” – и поставить пробу; чтобы со всех сторон испытать вас бессовестной несправедливостью и, чтобы просеять вас через три-четыре сита, дабы стало ясно “нет ли у вас примеси и коварства ваших нафсов?”. И поэтому Божественное предопределение и милость Всевышнего позволяют этому быть. Потому что, по причине обнародования в условиях такого испытания, перед такими упрямыми, пристрастными и бессовестными противниками, каждый понял, что это служение в полной искренности исходит от правды и истины, и здесь нет никаких примесей хитрости, тщеславия, корысти и никаких ни мирских, ни потусторонних, ни личных выгод. Если бы это (служение) осталось за завесами, то ему могли бы приписать много разных домыслов. И уже простой верующий не был бы уверен и сказал бы: “Может нас вводят в заблуждение”. Также и учёные проявляли бы сомнение думая, что “может они это делают дабы набить себе цену и заработать доверие, подобно некоторым обладателям степеней”, – и не прониклись бы полным убеждением. Теперь же, после испытания, даже самый упрямый сомневающийся вынужден признать… Трудность у нас одна, выгод же тысяча!” Иншааллах…

Саид Нурси

***

بِاسْمِهٖ سُبْحَانَهُ

Во имя Него, Пречистого от недостатков”

Мои дорогие, преданные братья!

Статья в газете об инциденте, произошедшем со мной в плену, наряду со строгими запретами, направленными на то, чтобы отвратить от нас народ, увеличила всеобщие симпатии к нам. Начальник охраны сказал, что три официальных лица, являющиеся сторонниками вероломства в отношении нас и особенно меня, вчера во дворе говорили: “Когда Саид появляется в окне, народ собирается и смотрит на него. Пусть не стоит у окна. Или переведите его в другую камеру”. Ничуть не переживайте, я решил терпеть все невзгоды. С вашими молитвами, bншааллах, эти невзгоды обратятся в радости.

Основа того инцидента в плену верна. Однако, поскольку у меня не было свидетелей, подробно изложить я его не мог. Лишь то, что группа собралась для исполнения смертного приговора, я не знал, но понял потом. И Русский Командующий, извиняясь, что-то сказал по-русски, но я его не понял. Значит бывший там и рассказавший об этом газете капитан-мусульманин понял, что командующий несколько раз повторил: “Прости, прости!”.

Братья, когда я занимаюсь “Рисале-и Нур”, мои томления уменьшаются. Значит, наша обязанность состоит в том, чтобы заниматься этими книгами и не придавать значения преходящим вещам, а также терпеть и благодарить Аллаха.

Саид Нурси

***