Во время пребывания в Стамбуле в “Отделе Мудрости”, в брошюре “Идеи” он описал одно удивительное духовное происшествие:

Речь, произнесённая во сне

  В сентябре 1335-го года (по Руми), из-за отчаяния, навеваемого событиями эпохи, я был сильно опечален. Среди того плотного мрака я искал некий свет, но в реальности являющейся по-смыслу неким сном, найти его не смог. В вещем сне, который на самом деле является настоящей реальность, я увидел некое сияние. Опустив подробности, я отмечу здесь моменты, о которых мне было велено там сказать. Итак:

“Однажды, в ночь на пятницу, посредством сна я вошёл в Мир мисаль. Кто-то пришёл и сказал мне:

— Великое собрание, созванное по вопросу судьбы Ислама, вызывает тебя.

Я вошёл и увидел светлое собрание, подобия которому в этом мире я не видел, и в нём участвуют, начиная от праведников раннего Ислама (салафи салихин), выдающиеся представители каждого столетия. Я постеснялся и остался стоять в дверях. Один из них обратился ко мне:

— О человек эпохи катастроф и бедствий! У тебя тоже есть право голоса. Изложи свою точку зрения.

Продолжая стоять, я сказал:

— Спрашивайте, я отвечу.

Один спросил:

— Что получится в результате этого поражения? Что было бы в случае победы?

Я ответил:

— Поскольку беда не является абсолютным злом, также как порой благополучие становится катастрофой, так и из катастрофы порой рождается благополучие. Крах этого исламского государства (имеется в виду Османское государство), с давних пор взявшего на себя обязанность возвышения Слова Аллаха и джихада ради независимости Ислама, обязательного для общины мусульман (фарз кифая), а также посвятившего себя служению единому исламскому миру и бывшего знаменосцем халифата, возместится будущим счастьем мира мусульман. Потому что это бедствие необыкновенным образом подстегнуло развитие и укрепление исламского братства, являющегося живой водой и закваской нашей жизни. Когда нам причиняется боль, плачет весь исламский мир. Если Европа надавит ещё сильнее, он просто закричит. Даже если умрём, то умрёт нас двадцать, а оживёт – триста. Мы живём в веке чудес. Через два-три года после смерти появляются ожившие. С поражением мы временно потеряли некое спешное счастье, однако, нас ждёт счастье отложенное и постоянное. Тот, кто меняет частичное, переменчивое и ограниченное состояние на обширное будущее, тот остаётся в прибыли.