Одно моё маленькое, но важное заявление в адрес Совета Министров и Председателя Парламента.

Несмотря на то, что я уже тридцать лет, как отошёл от политической жизни, но по этому особому случаю хочу изложить вам один вопрос, касающийся страны, народа и общественной безопасности. Итак:

Исходя из множества признаков к нам пришло твёрдое убеждение в том, что на меня, на этот Эмирдагский район и, как следствие, на эту страну совершается некое покушение в пользу анархии. А именно, раздувая из мухи слона и показывая огромными, как гора, случаи, не стоящие даже выеденного яйца, в этой, очень нуждающейся в спокойствии стране меня сделали поводом для абсолютно незаконного и произвольного, ведущегося по иностранному плану в пользу анархии, нападения на нас, то есть, на учеников “Рисале-и Нур”, старающихся спасти наших бедных граждан от вечной казни и сомнений относительно Иного мира. С весьма неприкрытой злобой, словно бросая искру в порох, воспользовавшись подозрениями, меня сделали предлогом для покушения на эту страну и её безопасность. А именно:

Несмотря на то, что три суда досконально изучив все мои написанные за двадцать лет книги и письма, вынесли мне и моим книгам оправдательный приговор и, хотя я уже три года, как оставил писательскую деятельность и пишу от силы одно письмо в неделю и не принимаю к себе никого, кроме трёх-четырёх учеников портного, по-очереди добровольно помогающих мне в необходимых делах, и при том, что мне была дана свобода и я не поехал на родину, всё же, чтобы неслыханным, официальным образом привести меня в гнев и подстроить некий инцидент, с намерением нанести вероломное оскорбление, незаконно и злонамеренно моя дверь была взломана и в моём жилище проведён обыск, в результате которого, словно некие вредные листовки, были изъяты: мой Коран и плакаты на арабском. А вместе с тем, когда на важном заседании зачитывались мои абсолютно правдивые показания, один большой чиновник юстиции, официально и повелительно сказал здешним служащим: “Вы должны были с двумя жандармами прилюдно вытащить Саида, насильно одеть на него шляпу и так привести его для показаний. И задержите всех, кто с ним общается”. Это же не оставляет никаких сомнений в том, что стараясь довести меня до гнева, преследуется умысел подрыва общественной безопасности.

Да вознесётся бесконечная хвала Всевышнему, Он даровал мне такое духовное состояние, с которым ради покоя бедных людей этой страны и ради отвода от них бед, я мог бы пожертвовать даже тысячами своих достоинств; а потому я решил терпеливо переносить все совершаемые и замышляемые ими вероломства и оскорбления. Ради безопасности этого народа, особенно ради мирского покоя и счастья в Ином мире невинных детей и почтенных стариков, а также бедных больных и неимущих, я готов отдать тысячу своих жизней и тысячу своих достоинств…